— И когда женщина хочет ребёнка… Она обращается к этим, как их…
— Кровесборницам.
— …Да, к ним. И они подбирают ей мужчин из других семей, кровь которых лучше всего подходит к её крови, а она выбирает любого…
— Не любого. Чем благороднее его происхождение, чем лучше способности, чем выше статус семьи — тем дороже это обойдётся.
— Не суть. Главное, что она может выбрать любого — и у него даже не спросят, согласен ли он, хочет ли он?
— С чего бы ему не хотеть? — округлил глаза Йорф, зачем-то оглянулся в сторону двери и снизал голос почти до шёпота. — Да и зачать ребёнка, а то и не одного — это же честь! Не каждому выпадает, знаешь ли, за всю жизнь. Вот мне, к примеру, не светит.
— Но разве справедливо?.. Ай, ладно, у кого я спрашиваю. А если у кого-то из них съедет крыша и она решит завести ребёнка от неподходящего…
— Получится бастард, да, — обиженно закончил Йорф. — Но про мою мать ты зря так. У неё не съезжала крыша, она просто всегда была довольно… эксцентричной. И смелой. К тому же, у неё тогда не хватало денег даже на визит к кровесборницам, не говоря уже про выкуп. И мой отец не был неподходящим. Она сама рассчитала кровь. Специально научилась. Иначе я бы не родился магом. Впрочем, это очень тонкая магия, и что-то, кажется, она всё же не учла.
— А-а-а, — протянул я, словив просветление. — Вот оно всё для чего…
— И ещё они… любили друг друга, — зачем-то добавил Йорф, покраснев.
Зря я слушал это на ночь глядя — уснуть сразу не получилось, голова пухла от мыслей, даже несмотря на то, что прошлой ночью тоже было не до сна. И только я убедил себя, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят, и начал проваливаться в беспокойный сон…
Душераздирающе скрипнула дверь. Я мигом подобрался и нацепил очки, готовясь сражаться за свободу.
— Привет, — шепнул незнакомый парнишка, почти такой же щуплый, как я. — Чего не спишь, Руто? Ты спи, я тихо… — и тут же с грохотом растянулся на полу, споткнувшись о собственную сумку с вещами.
— Помочь? — с сомнением спросил я, наблюдая, как недотёпа шарит в темноте по полу, собирая рассыпавшиеся вещи.
— Не, не, я сам.
Ещё некоторое время он суетился возле своей, как выяснилось, кровати, стучась и спотыкаясь обо всё, что можно. Я с подозрением наблюдал за этим безобразием через очки с замечательной функцией ночного видения. В конце концов неуклюжий новичок сдался и рухнул на кровать, решив не переодеваться. Я тоже наконец уснул, хоть и не смог отделаться от предчувствия, что грядёт очередная порция проблем.
Глава 22. Знаменитость
— В результате матушка послала ко всем чертям этих лекарей, велела привести того слепого, он меня пощупал-пощупал, на живот перевернул, а потом ка-а-ак даст по спине! Аж дыхание заперло. Я пока лежал за горло хватался, матушка его чуть не убила, того старика. А потом я как вдохнул — и на ноги вскочил, представляете?
Зутти обвёл нас с Йорфом торжествующим взглядом. Мы переглянулись и дружно отправили в рот по куску небесной медузы. Первое, что сделал Йорф, увидав поутру мирно дрыхнущего на своей койке товарища — закатил глаза и в отчаянии застонал. Мне это тогда показалось странной реакцией, но за десять минут более близкого знакомства с новеньким я постепенно начал вникать.
Лично меня больше раздражало то, что не было возможности задать Йорфу наедине все те вопросы, которые скопились в голове после вчерашнего разговора. Хоть Зутти и носил форму нашей семьи, я вовсе не был уверен, что о таких вещах стоит распространяться при нём — к тому же, его рот не закрывался ни на минуту.