— Ручаюсь тебе, — сказала она. — Через неделю ты не в состоянии будешь вспомнить и свое собственное имя.
В комнате надолго воцарилась тишина. Девушка сидела совершенно тихо, только тихонько постукивала носком туфли по полу. Зеленый неоновый свет то заливал комнату, то гас, погружая все в темноту. Мгновения яркого света и густой темноты чередовались, усиливая впечатление нереальности происходящего. Когда в очередной раз комната наполнилась зеленым сиянием, Карелла увидел, что девушка поднялась со своего места. Оставив пистолет на стуле, она медленно пошла к Карелле. Свет снова погас, а когда он загорелся вновь, оказалось, что она стоит почти рядом с ним. Она умела двигаться удивительно бесшумно даже на своих высоких каблуках.
— Так что же мне с тобой сделать? — спросила она.
— Ничего.
— А что бы ты хотел сделать со мной?
— Ничего, — ответил он.
— Ничего, да? — Она улыбнулась. — А ты, детка, полюбуйся.
Она развязала поясок, стягивавший ее халат на талии. Полы его сразу же разошлись, обнажая грудь и живот. Неоновый свет озарил ее тело и моментально погас. В этом неверном мигающем свете он увидел, как в немом кино, что девушка движется по направлению к выключателю у двери. Полы ее распущенного халата развевались в такт шагов. Она включила верхний свет, а затем таким же неспешным шагом вышла в центр комнаты и стала прямо под лампой. Полы своего легкого халата она небрежно откинула назад, красный шелк закрывал теперь только руки и спину. Яркий маникюр на ее руках казался лоскутками красного халата на ее пальцах.
— Ну, что ты на это скажешь? — спросила она. Карелла промолчал. — Неужели ты и от такого откажешься?
— Да, — сказал он.
— Врешь!
— Я говорю правду, — сказал он.
— Да я за одну минуту могу заставить тебя забыть ее, — сказала она. — Я умею такое, что тебе и не снилось. Так хочешь или нет?
— Нет.
— Можешь получить в любой момент, — сказала она и запахнула свой халатик, туго стянув его поясом. — Только учти, что я не люблю, когда мне врут.
— Я не вру тебе.
— Мистер, вы же совершенно голый лежите тут передо мной, так что позвольте мне знать, врете вы или нет. — Она расхохоталась и, подойдя к двери, распахнула ее, а потом снова повернулась в его сторону. Когда она заговорила, низкий голос ее звучал очень серьезно.
— Послушай-ка, детка, — сказала она. — И слушай меня внимательно. Ты теперь мой, поймешь ты это наконец? И я могу сделать с тобой все, что мне заблагорассудится, не забывай этого. Я тут тебе только что пообещала, что через неделю ты будешь ползать у меня в ногах, целовать мои ноги и молить меня о том, чтобы я разрешила тебе рассказать все, что тебе известно. А как только ты все это мне расскажешь, я тебя просто выброшу, детка, я выброшу тебя изломанного и никому не нужного в придорожную канаву, так-то детка, и, поверь мне, тебе захочется оказаться на месте того, кого они нашли мертвым в обгоревшей машине. Можешь быть уверен, именно так все и будет, — она помолчала. — Подумай об этом, детка, — сказала она и, выключив свет, вышла из комнаты.
Он услышал звук проворачиваемого в замке ключа. И тут его внезапно охватил страх.
Глава 10