Книги

Метахак

22
18
20
22
24
26
28
30

— Командир! — раздался в громкоговорителе голос вахтенного. — Система Морхульта в зоне прямой видимости!

Уровень пятый

Над ночным полушарием столичной планеты Диктатуры Мглистых Миров бушевал шторм. Ослепительные вспышки раскалывали небо, словно сам Зевс-громовержец обрушил свой гнев на этот отдаленный мир. Титаны пели ему славословия, а другие боги аплодировали, и гулкий гром их аплодисментов сотрясал все вокруг. Ливневые потоки дождя вперемешку с градом обрушивались на сумрачную Цитадель. Это была одна из знаменитых бурь Пяти Солнц, которые начинались, когда четыре звезды-спутника сближались друг с другом и полем своего общего тяготения создавали приливные возмущения в атмосфере планеты. Буря выкашивала целые гектары джунглей, смывала лачуги бедняков, заполняла все низины и впадины потоками бурлящей воды, в которых тонули животные, люди и другие мыслящие существа, населяющие этот мир.

Лишь величественная крепость диктатора Оронга непоколебимо стояла под ударами шторма. Ее узкие окна, похожие на бойницы, смутно мерцали мертвенно-синим светом сквозь струи дождя. Ничто не могло остановить работу мозгового центра Мглистых Миров. Сюда стекалась информация о строительстве новых боевых звездолетов, о подготовке для них экипажей и научных открытиях, которые могли быть полезны в грядущей войне. Хозяева и посетители высоких кабинетов на своих совещаниях не произносили ни слова, обмениваясь мыслями только при помощи телепантенн. Это обеспечивало дополнительную секретность, ибо шпионы Центрально-Галактической империи, которые наверняка умудрялись проникать на территорию Диктатуры, не должны были узнать о планах Оронга и его присных.

Самого же Оронга в крайней степени интересовало открытие Вольта Аурениуса, поэтому среди прочих дел он время от времени просматривал краткие выжимки мыслей своего узника, записанные с помощью психофонотрона. Пока что ничего интересного в его мыслях диктатор не обнаруживал. Разумеется, Оронг был не настолько глуп, чтобы рассчитывать лишь на показания какого-то контрабандиста. В его подземном узилище содержались сотни заключенных, из которых выкачивались интересующие диктатора сведения. И хотя тот утверждал, что он не сторонник форсированных методов допроса, его служба безопасности не брезговала никаким средствами. Если допрашиваемый добровольно— устно или мысленно — не сообщал то, что требовалось, из него это вытягивали с помощью столь изощренных истязаний, по сравнению с которыми средневековые пытки выглядели детской забавой.

В глубоких подземельях под Цитаделью бешеный рев шторма слышался лишь как ровный глухой гул. Два человека, извиваясь, словно змеи, быстро ползли по узкой трубе, то и дело захлестываемые сточными водами громадного здания, что высилось над ними. Если бы не кислородные приборы, которые были на беглецах, они давно захлебнулись бы в нечистотах.

Эл Икс не сразу разглядел, кто его спас. Плотный комбинезон и кислородная маска скрывали расовую и половую принадлежность спасителя. Однако по очертаниям фигуры и поразительной гибкости, с какой неизвестный стремительно продвигался по извивам канализационной сети Цитадели, контрабандист догадался, что обязан своему избавлению девушке. Это открытие повергло старого циника в смущение: он был абсолютно голым.

Из-за спешки они не обменялись и парой слов. Эл Икс полностью доверился своей спасительнице и не спрашивал, куда она его ведет и как они в конце концов выберутся из обширных подземелий оплота Диктатуры Мглистых Миров. Его не обескуражило то, что избавительница выбрала для бегства канализационные стоки. Когда занимаешься нелегальным промыслом, еще не в таком дерьме искупаешься. Жаль только, что девушка не захватила для него какой-нибудь одежонки. Наверное, просто не знала, что обнаружит в камере голого мужика. А может быть, ей не привыкать видеть голых мужиков… Эти мимолетные игривые мысли помогали Эл Иксу не думать о том, что ждет его впереди. Он даже не знал, кто прислал ему этого ангела, не брезгующего канализацией.

Отдаваясь в руки премьер-лейтенанта Юлиуса, капитан «Горгоны» знал, что с этого момента за его перемещениями станут следить сразу несколько не связанных друг с другом друзей. Рожек для передачи телепатических сигналов в черепушке знаменитого контрабандиста не было, он пользовался более простой, но надежной технологией, позволяющей отслеживать изменения в альфа-ритме его головного мозга на любом расстоянии. Между Эл Иксом и его загадочными друзьями существовал уговор, что в случае его пленения, получив соответствующий сигнал, они постараются принять меры к его вызволению. Разумеется, далеко не все попытки могли быть успешными. Тем более когда речь идет о пленении в столице Диктатуры Мглистых Миров, но друзья Эл Икса не могли отказать ему в помощи, так как слишком многим были ему обязаны.

А вот кому он теперь будет обязан сам, контрабандист не знал. Он полз по наклонной, скользкой от слизи трубе, и поток ледяной воды пополам с нечистотами непрерывно захлестывал его с ног до головы. Без кислородной маски Эл Икс давно бы захлебнулся, и то, что первой принимала на себя удары ледяных струй его спасительница, служило слабым утешением. Хуже всего было то, что в этом лабиринте из труб и коллекторов терялось всяческое представление о времени. Единственным источником освещения был фонарь, прикрепленный к маске девушки, и светящиеся рачки, копошащиеся в нечистотах. Хорошо хоть, что спасительница чувствовала себя в этих грязных подземельях, которые могли бы служить символом Диктатуры, вполне уверенно, и они продвигались почти без остановки.

Наконец они попали в вертикальную трубу, куда стекали дождевые воды, что служили естественным источником очистки канализационных сооружений. Труба была почти полностью заполнена ими, и приходилось карабкаться по железным скобам в несущемся вниз потоке. Вдруг девушка остановилась. Эл Икс поднял голову, стараясь разглядеть сквозь разбивающиеся об остекление маски мутные струи, что там творится наверху. Контрабандист закоченел до такой степени, что пальцы его едва держались за скобу. Ему хотелось поскорее выбраться наружу, в тропическую жару, которую не смог бы ослабить даже ночной шторм. И вот контрабандист разглядел в десятке метров над головой запирающую сток решетку, озаряемую красноватыми вспышками молний.

Его спасительница вытащила пистолет и, преодолевая ток падающей воды, принялась палить по решетке. Разогнанные в катушке соленода пули рвали металл и камень, высекая искры, которые меркли в ослепительных вспышках молний, сопровождающихся оглушительными раскатами грома. Прекратив стрельбу, девушка знаками показала своему спутнику, что необходимо выдавить решетку, и тот поспешил наверх, рассекая головой целый водопад. Незнакомке пришлось прижаться спиной к цементной стене, чтобы Эл Икс мог протиснуться в узком пространстве трубы. На мгновение ее упругая грудь коснулась его голой спины. Дабы не думать о пронзившем его при этом ощущении, капитан «Горгоны» с готовностью вцепился в решетку.

Очередная вспышка молнии позволила контрабандисту разглядеть, что с одного края зарешеченного отверстия пули раскрошили цемент. Он с яростным усилием толкнул решетку, и та со скрежетом вывернулась наружу. Казалось, все бешенство бури Пяти Солнц обрушилось на Эл Икса, когда его голова показалась над сливным отверстием. Темные небеса низвергали потоки ледяного ливня, смешанного с градинами величиной с куриное яйцо. К счастью для беглеца, они оказались рыхлыми, как снежки, иначе пробили бы ему ничем не защищенную голову. И все-таки он поскорее выбрался из трубы и кинулся под защиту веерообразных листьев ближайшего гигантского дерева. Вскоре и девушка присоединилась к нему. Она сорвала маску, и в трепетном свете молний контрабандист наконец сумел разглядеть ее лицо. Милый носик, успел по думать он, прежде чем услышал ее хриплый голос.

— Меня зовут Крима Айрус, — сказала девушка. — Я боец антимперского сопротивления, послана за вами.

— Благодарю, Крима, — пробормотал он. — Жаль, что вы не захватили с собой каких-нибудь штанов для меня. Нечем срам прикрыть.

— Обвяжитесь листьями, — не моргнув глазом посоветовала та. — Мы не знали, что у Оронга допрашивают нагишом.

Эл Икс поспешил воспользоваться добрым советом. Вскоре ему удалось соорудить на себе некое подобие набедренной повязки. Оглядев его с ног до головы, Крима удовлетворенно хмыкнула и, мотнув головой, велела следовать за ней. Они углубились в бесконечный лес, что покрывал большую часть планеты, лишь в немногих местах разорванный просеками шоссе, проплешинами космодромов и городов. Буря внезапно прекратилась, хотя еще долго путников орошали целые водопады капель, которые срывались с высоких крон. Пробираться по загроможденным буреломом чащобам было нелегко, к тому же приходилось обходить болота, оставленные на лесных прогалах отшумевшим ливнем. Напрасно контрабандист надеялся на тропическую жару: всюду, куда ни кинь взгляд, простирался холодный туман, который поднялся над болотами.

Правда, непроходимые чащи, туман и болота — все это было беглецам на руку. Они понимали, что служба безопасности Мглистых Миров уже стоит на ушах. Солдаты прочесывают окрестности Цитадели, а поисковые ракетомобили барражируют воздушное пространство, прощупывая заросли инфраоптикой. Однако зона поиска велика, а двое людей не были единственными теплокровными существами в этих джунглях. В подлеске под корягами и поваленными стволами шныряли копуши — пушистые красноглазые зверьки с лопатообразными носами. В кронах мелькали оперенные существа с кожистыми крыльями. Водились здесь твари и менее безобидные. Эл Икс ничего о них не знал. К тому же те выглядели как громадные, но совершенно безобидные грибы, паразитирующие на губчатых мхах, что росли плотным губчатым ковром, который пружинил при ходьбе.

Вернее, грибы здесь тоже были, но среди них скрывались существа, научившиеся виртуозно под них мимикрировать. И когда беглецы углубились в заросли маслянисто-серых, похожих на уплощенные луковицы полусфер на тонких высоких ножках, они едва не стали жертвой одного из них. Хорошо, что Крима была настороже. Когда один из этих лжегрибов вдруг резко наклонился к контрабандисту, нацелив на него бритвенноострые лезвия жвал, что выглядели как радиальные пластины по низу шляпки, девушка, недолго думая, открыла стрельбу. Сочные рыхлые ошметки разлетелись по сторонам, оросив поляну. Губчатый мох тут же принялся всасывать их в себя своими бесчисленными порами. Провернулось великое колесо жизни: убитый хищник сам превратился в добычу.

— Непростительная глупость! — в сердцах выкрикнула Крима. — Я позволила этой твари застать нас врасплох. Нельзя забывать, что этот лес кишит слипсами.