– Да нет же! Настоящий трилобит, это не подлежит никакому сомнению.
– Довольно вам препираться, – вмешался Станислав. – Бог весть какой долгий путь у нас впереди, а мы даром время теряем.
– Ты прав, – согласился лорд Кэдоган. – Нам надо как можно скорее убраться отсюда. Здесь не только деревьев не видать, даже ни малейшей травки, стебелька – словно мы не в культурной Европе, а в безлюдной пустыне.
– Нам сегодня же следовало бы добраться до ближайшей деревни, – подхватил Станислав.
Ни геолог, ни лорд ничего против этого предложения не имели, но какая то страшная слабость приковывала их к месту. Между тем надвинулись тучи, засверкала молния. Воздух стал невыносимо душен. Путешественники печально глядели на мрачный горизонт и в бессильном отчаянии ждали грозы. Наконец, небо как будто разверзлось: дождь хлынул теплыми густыми струями, крупный град бил их по лицам и рукам, беспрерывный гром оглушал их, и, казалось, небо вот-вот упадет на них и убьет наповал. Доктор Браннич лихорадочно-нервным движением схватил лорда за руку и упал без чувств на землю.
Глава 11
– Конец, конец нашим страданиям! – радостно воскликнул на следующий день Станислав, вступая вместе с лордом и профессором в тенистую зеленую чащу. Лорд обрадовался не менее Станислава; один лишь геолог упорно молчал. Они были далеко от того места, где дождь накануне едва не затопил их. Лорд и Станислав начали спор о том, кого они раньше встретят, пастухов ли боснийских или пасущиеся стада, а профессор с изумленным видом вглядывался в зелень папоротников, лепидодендронов и каламитов. Погруженный в свои наблюдения, он машинально шел за товарищами, едва понимая, о чем они говорят.
– Местность напоминает мне девон, – произнес, наконец, геолог, внезапно останавливаясь перед лордом.
– Меня это мало интересует, – ответил тот. – Вы скажите лучше, скоро ли мы выйдем из этого леса и найдем какую-нибудь деревушку?
– Если это девонский лес, – возразил профессор, – в чем я еще сомневаюсь, то с нами произошло что-то непостижимое.
– Говорите толком: в чем дело?
– Но я и сам не могу этого понять, а если бы и мог, то не захотел бы. Я предпочитаю сомневаться! – вскричал вдруг геолог, все более и более возвышая голос. – Так как, если бы я перестал сомневаться…
– То что?
– То я должен был бы сказать вам, что вы не встретите ни пастухов, ни пасущиеся стада, хотя бы мы обошли кругом весь земной шар!
– Успокойтесь, успокойтесь, профессор, зачем так волноваться, это вредно, – проговорил лорд.
– Ах, Боже, да неужели же я с ума сошел! Вчера я нашел силурийского трилобита, сегодня я в девонском лесу… Но нет, я в полном уме и то, что я вижу, не сон, а действительность. Знаете ли вы, что вчера еще этого леса не существовало!
– Что?!
– Я говорю, что если трилобит был настоящим, то вчера совсем еще не было лесов на земле; от вчерашнего до нынешнего дня прошли миллионы лет, и в морях должны были образоваться отложения в двадцать тысяч футов толщиной! Но… лучше не думать об этом, так как и вправду можно сойти с ума.
Лорд Кэдоган ничего не ответил. Видно было, что он делает над собой неимоверное усилие, чтобы не расхохотаться. Оба молча пошли рядом.
– Вы, кажется, сказали, профессор, что вчера еще не было этого леса? – спустя несколько минут спросил Станислав.