Книги

Кровавый след. Зарождение и становление украинского национализма

22
18
20
22
24
26
28
30

О конкретных решениях, принятых на этой встрече, доподлинно неизвестно, но судя по тому, что был создан временный Директорат, объединяющий украинских националистов, гетманцев, социал-революционеров, коммунистов и краевиков, можно сделать вывод, что был взят курс на ускоренное проведение консолидирующего конгресса украинцев и переход к политическому противостоянию с Польшей. Штаб-квартира Директората должна была располагаться в Берлине. Финансирование деятельности всех подразделений этого учреждения планировалось осуществлять за счёт сумм вывезенной немцами из России золотых царских рублей в сумме 200 миллионов рублей (?!)[315].

На конференции между заинтересованными сторонами (немцами) прошли консультации по поводу будущего керманыча ОУН. В связи с отрицательной оценкой деятельности УВО во главе с Е. Коновальцем был поставлен вопрос о его замене генералом Горбанюком и предложено утвердить это решение на ожидаемом в январе 1929 года конгрессе националистов.

Стремясь закрепить свой первоначальный успех на фоне неудач политических оппонентов в ЧСР, представители УНР 29–31 декабря 1928 года провели в Варшаве съезд украинской эмиграции. Несмотря на заявленные планы по объединению, прошедшее мероприятие показало, что петлюровская эмиграция по-прежнему сохраняет неизжитую внутреннюю идеологическую трещину по вопросу выбора формы правления восстановленной республики в будущем, а также участия в этом поляков. В Варшаве, Кракове и Львове организации УЦК перед съездом оживлённо обсуждали отношение полонофильской интервенционной линии петлюровского правительства. В результате дискуссии выяснились существенные разногласия. Чтобы купировать их, и был задуман указанный съезд под знаком внешнего «идейного единства», показав все недоразумения как расхождения в методах работы. На съезде отмечалась положительная роль польского правительства в купировании и ликвидации дипломатическим путём неполонофильских организаций украинцев в ЧСР как потенциальных сепаратистских структур влияния в Галиции. Как результат – раскол украинского студенческого объединения в Подебрадах и в Варшаве, который позволил петлюровцам организовать «Украинский Революционный Комитет» (УРК), обратившийся с воззванием к украинскому студенчеству поддержать правительство УНР в его планах по интервенции на Украину.

Подготовка к конгрессу украинских националистов

Однако политическая активность оппонентов нисколько не препятствовала целеустремлённости националистов провести свой организационный съезд, над которым они работали с апреля 1928 года. 28 апреля 1928 г. Д. Андриевский представил полковнику Е. Коновальцу темы рефератов, в частности: «…1. Национализм и существующая украинская идеология, докладчик Вассиан. 2. Политика и дело культуры и религии – Боднарович. 3. Украина в мировой политике – Андриевский. 4. Национализм и современная политика (внутренняя и внешняя) – Коновалец. 5. Перспективы политического устройства Украины – Масюкевич. 6. Военная мощь Украины – Сушко. 7. Политика и экономические интересы Украины – Костарив. 8. Национализм и земельное дело – Сциборский. 9. Национализм и социальный вопрос на Украине – Мартынец. 10. Устав и сила националистов – Кожевников. Чтобы ускорить подготовку докладов на конгрессе, 1 мая 1928 г. назначенным докладчикам был отправлен очередной циркуляр под № 180/27 с напоминанием ускорить отправку в ПУН своих предложений, а также уставы и «платформы» националистических организаций. Этим же уведомлением сообщалось, что «Провод» назначил своих представителей в отдельных странах: Д. Андриевского – в Бельгии, Н. Сциборского – в Чехословакии, И. Ревюка – в Литве. Ожидалось назначение представителей во Францию, Люксембург, Болгарию, Италию, США и Канаду.

Активизация деятельности «Провода», движение в направлении объединения украинских националистов вызвали реакцию многих украинских политиков среди эмиграции и, в частности, идеолога украинского национализма Д. Донцова. Это был крайне важный и принципиальный вопрос при становлении ОУН, идейным вдохновителем и теоретиком которого считался Д. Донцов. Его участие в формировании будущего движения нацистов предполагалось априори. Но во второй половине 20-х годов по причине личных амбиций, исключительного самомнения, коррозии ущемлённого тщеславия он стал отходить от прежних позиций и тяготеть к демократическим принципам государственного устройства Украины. Кроме того, стал допускать критические высказывания в адрес украинских националистов в своём журнале «Вестник». По причине возникшего раскола между Д. Донцовым и националистами в руководстве «Провода» рассматривался вопрос дальнейшего задействования Д. Донцова в нацистском движении, что послужило причиной обильного обмена мнением между членами Оргкомитета ПУН, в том числе и в печати. В письме к В. Мартынцу Д. Андриевский писал про своё особое отношение к Д. Донцову: «Я очень уважаю и лично люблю Донцова. Потому, что он был для меня учителем в политической области. Он является нашим духовным отцом и ещё надолго останется крупнейшим авторитетом. Но я не предпочёл бы его звать к нам. Потому что в целом он нам не подходит. Мы должны подвергнуть его идеологию острой критике. Кое-что добавить, что противоречит его взглядам»[316].

Первым знаком открытого недоразумения с «духовным отцом» стала рецензия В. Мартынца в журнале «Студенческий вестник» (№ 9, 1927), в которой он, при общем позитивном восприятии труда Д. Донцова «Национализм», выразил отдельные критические замечания, на что Д. Донцов среагировал статьёй в своём журнале крайне болезнено и раздражительно. Кроме этого, Е. Коновалец получил сведения, что Донцов начал сближение с руководством УНР – А. Левицким и развернул с подачи последнего скрытую, но целенаправленную пропагандистскую кампанию против Е. Коновальца. Принципиальное непринятие концепции Д. Донцова полковником Е. Коновальцем заключалось в несогласии разворачивать войну «всех против всех». Он считал, что своими призывами к тоталитарному противостоянию с оппонентами оттолкнёт всех от национального дела и погубит начинания ПУН. Е. Коновалец направил на «мирные переговоры» с Д. Донцовым Р. Сушко, который должен был предложить ему выехать за границу для пропаганды украинского дела. На этот вариант Д. Донцов ответил, что он был бы согласен выехать за границу и заниматься пропагандой украинского дела, однако поставил условия, чтобы в его деятельность никто не вмешивался и чтобы перед выездом за границу его обеспечили финансовыми средствами на три года вперёд.

Понимая, что ссора с Д. Донцовым пойдет только в ущерб националистам, особенно во время подготовки к Конгрессу, и что участие известного идеолога в мероприятии было бы крайне полезным, полковник попросил Д. Андриевского предложить Д. Донцову работу в Оргбюро по проведению конгресса. Однако сотрудничество в этом деле он категорически отверг и предложил поддержать свой журнал «Вестник». К тому же существование идеологической преемственности и некой «генетической связи» между ним и организацией Е. Коновальца он не признал, разразился гневными выпадами на страницах своего журнала, обвиняя всех националистов, УНДО и коммунистов в том, что они против него и его «Вестника». По мнению Д. Андриевского, в связи с началом консолидации украинских националистических структур эмиграции Д. Донцов посчитал, что будет востребован и ему будет предоставлена роль одного из вождей нацистов. В реальности оказалось, что его даже не пригласили на конференцию, и как следствие он посчитал себя обделённым и незаконно забытым. То есть его детище (изобретение) – украинский интегральный национализм – узурпировали другие, а его обманули и оставили ни с чем.

И в этом вопросе он оказался отчасти прав, так как теория нацизма, не являясь догмой, под влиянием социальных процессов в 20-х годах прошлого столетия претерпевала процессы редактирования, и постулаты Д. Донцова с каждым годом требовали соответствующей теоретической корректировки.

Между тем двигалось дело с Конгрессом. Ответственность за доклады и докладчиков на нём была возложена на Д. Андриевского. Он вёл оживлённую переписку и переговоры с конкретными лицами, присылал для согласования свои предложения Е. Коновальцу. Осенью 1928 г. предварительно была определена новая дата проведения конгресса украинских националистов – декабрь 1928 г. и выработан регламент его проведения (пленарные заседания и заседания комиссий). Всех участников разделили на две группы – члены и гости конгресса; последние имели право совещательного голоса. Тогда же был заключён первый список возможных участников общим числом около 40 человек: Коновалец (Берлин), Андриевский (Брюссель), Сциборский (Подебрады), Мартынец (Берлин), Кожевников (Берлин). Галиция: Целевич, Палиев, Рудницкая, Портных, Сушко, Боднарович, Донцов, Ленкавский, Кедрин (пресса) ЗУЗ, Бачинский, Юськив, Вассиян, Бойдуник, Бойков, Бабий, Демчук, Костаров, Гарасимович, Руденко, Загривный, Чернявский (Прага и Подебрады). Из САСШ: Галан, Мишуга, Лысюк, Антоненко (Франция), Лашкевич (Данциг), Онацкий (Италия), Чуб (Люксембург), Калюжный (Югославия), Кузеля (Румыния), Бартович (Литва). Представители националистов из Волыни, Буковины, Бессарабии, Кубани, Австрии.

Доклады были распределены следующим образом: Е. Коновалец – отчёт деятельности ПУН и «современное положение украинского народа», Д. Андриевский – «украинский национализм», Н. Сциборский – «экономические интересы Украины», З. Пеленский – «внешняя политика Украины», О. Боднарович – «вопросы культуры и религии», В. Мартынец – «социальные проблемы на Украине», Р. Сушко – «военное дело», П. Кожевников – «Организация украинских националистов». Определены были и кандидаты на пост председателя президиума конгресса и его заместителей, секретарей и председателей, секретарей комиссий. Председателем конгресса должен был быть Е. Онацкий, заместителями – Д. Поджигателей и Н. Сциборский. Секретари Конгресса – В. Мартынец, О. Боднарович, Гарасимович. Председатели и секретари комиссий: идеологической – Д. Андриевский и С. Ленкавский, экономическо-социальной – Н. Сциборский и О. Бойдуник, политическо-военной – Е. Коновалец и Антонечко, организационной – П. Кожевников и Б. Кравцов.

Однако в декабре 1928 г. Д. Андриевский предложил несколько изменить список докладчиков и тем выступлений: «Современное положение Украинского народа и предложения ПУН» – Е. Коновалец; «Украинский национализм» – Д. Андриевский; «Культура и религия» – А. Боднарович «или кто-то другой с краю»; «Государственный строй» – О. Боднарович; «Внешняя политика» – В. Пеленский; «Экономическая политика», «Земельное дело» – Н. Сциборский; «Общественный строй» – В. Мартынец; «Военное дело» – Е. Коновалец; «Устав Организации Украинских Националистов» – Л. Костарив; «Формы деятельности Организации Украинских Националистов» – П. Кожевников.

Д. Андриевский 8 декабря 1928 года подготовил доклад на 31 листе об устройстве будущего Украинского государства. В подготовленном проекте доклада Д. Андриевский определял, что «главной основой государственного устройства для националистов должна быть суверенность нации», а «первым и главным условием выявления суверенной воли нации является власть, которую община выделяет из себя в порядке государственно-политического самовыражения». Проблему власти он напрямую увязывал с возможностью самого существования украинского националистического государства и самой украинской нации. То есть признавал, что как таковой украинской нации не существует – она может появиться лишь в процессе создания и функционирования Украинского государства, а значит, продлиться десятки лет в силу того, что ранее она не существовала. Но власть не может принадлежать коллегиальному органу – так же, как и нести ответственность не могут сразу несколько человек. Концентрация власти должна быть в Проводе, а его возглавит гетман, как это показала история Украины (выделено О. Р.)[317].

Он, в свою очередь, должен выбираться из числа достойных, заслуженных лиц определенного круга уполномоченных представителей разных слоёв украинской нации через государственный парламент – национальное собрание. Не ограниченная вначале диктаторская власть гетмана со временем, по мере выработки определенных традиций, должна будет компенсироваться конституционными нормами и участием более широких слоев в государственном строительстве. Выразителем государственной идеологии, по мнению Д. Андриевского, будет всегда отдельная группа или партия, и таковой должна стать организация украинских националистов: «…грубая, насильственная, ассимиляционная политика государства против этнически неукраинских деятелей должна формировать единое национальное самосознание на основе государственного единства и общности исторической миссии. Дело в том, что ни федерализм, ни почитание местных особенностей не исключает сужение политического и административного централизма, при котором государственная власть имеет право на контроль в культурной, общественной и политической жизни населения страны» (выделено О. Р.)[318].

К концу октября 1928 года были подготовлены более или менее согласованные проекты большинства докладов, решений и постановлений конгресса. После редакционной проработки, которую сделал секретарь В. Мартынец, они были разосланы членам ПУНу и дополнительно некоторым лицам. На этой стадии подготовки развернулась дискуссия по поводу названия будущей организации и её структуры. Предлагали, в частности, такие названия: Лига рыцарей развития нации, Украинское национальное рыцарское братство Святого Юра, Организация национал-державников. Тот же В. Мартынец не согласился с использованием в названии слова «лига», предложенным Д. Андриевским, сославшись на мнение члена ПУН П. Кожевникова, который считал название «лига» несчастливым, а председатель ПНУ Е. Коновалец несчастливым считал понятие «присяжные члены». В конечном итоге Д. Андриевский предложил назвать Организация Украинских Националистов.

Н. Сциборский разработал схему будущей националистической организации. В её основе лежала идея одной националистической организации, построенной на принципе монократного централизма в верхах и децентрализации на местах, работа которой должна быть приспособлена к разным условиям деятельности, в частности на оккупированных землях. Данная схема получила положительное заключение В. Мартынца и Д. Андриевского, как и название организации, которое впоследствии и было принято на конгрессе украинских националистов[319].

Конгресс украинских националистов и создание ОУН

В середине января 1929 года приготовления к конгрессу были завершены, и, преодолев все препятствия, делегаты собрались в Вене 28 января 1929 г. на первое заседание. Перед началом работы участникам был объявлен регламент проведения конгресса, который информировал:

1. Работа конгресса проходит на пленарных заседаниях и на заседаниях комиссий;

2. В конгрессе принимают участие только лица, которые были приглашены;