— Но...
— Никаких «но», — сказала Элиз. Широкая улыбка осветила ее лицо. — Это уже решено.
— Я не знаю, что сказать... И вы все знаете, это будет первейшим долгом для меня. Это... — Джеймс затряс головой, пытаясь выразить болезненные и радостные ощущения, которые боролись в его душе. Получить такой подарок, когда он опустился почти на самое дно. — Никто до сих пор не делал для меня ничего подобного. Я не знаю, что я сделал, чтобы заслужить таких щедрых друзей, но спасибо. Правда. Большое вам спасибо.
Голубые глаза Элиз увлажнились, и Джеймсу этого хватило. Он захлюпал носом, как девчонка. Она неистово его обняла, и после все они похлопывали его по спине и бормотали что-то ободряющее. Это было чертовски неловко. Они же в пабе, прах его побери!
— Я вам все верну, — говорил Джеймс. — Как только смогу. Обещаю.
— Да, мы знаем, — ответил Эшвин. — Ты только не попадай больше в переделки, ладно? Это будет нам лучшей благодарностью.
Элиз бросила взгляд на Эшвина. Джеймс перехватил этот взгляд и сказал:
— Да ничего, все правильно. Мне бы давно надо взять себя в руки. Я найду работу. Любая хрень сойдет. И я обещаю, вам никогда больше не придется отмазывать меня от тюрьмы, как сейчас. Вы дали мне шанс начать все сначала, и я собираюсь им воспользоваться.
— Ну, с меня достаточно высоких слов на сегодня, — ворчливо прокомментировал Эрик. Даже его обычно суровые черты смягчились. — Так где мы сегодня остановимся?
Морган подозвала официантку:
— Простите, вы не могли бы порекомендовать нам приличную небольшую гостиницу?
— С этим вам на Санрайз-стрит, — ответила та. — Там гостиниц полно.
— Где эта улица?
— Если ехать по Хай-стрит к Лидсу, то Санрайз будет первая улица направо после перекрестка с круговым движением.
Санрайз-стрит действительно нетрудно было найти. Ее окаймляли двухэтажные дома, перед многими из которых были объявления о сдаче комнат внаем.
— Как насчет этого? — спросил Эрик, указывая на большой коричневый пансион всего в дюжине метров от их машины.
— На вид ничего, — ответил Джеймс. Дом выглядел солидным, старинным и простым.
— Не хуже и не лучше остальных, — согласился Эшвин. Он выбрался из машины, за ним к дому последовал Джеймс.
Эшвин позвонил в звонок, и колокольчик отозвался мелодичным эхом во всем здании. Они подождали, но ответа не последовало. Эшвин собрался было снова позвонить, когда парадную дверь открыла женщина. У нее были седые волосы до плеч, и ростом она была по грудь Джеймсу. Ее голубые глаза открыто изучали двух стоящих на крыльце мужчин. Джеймс дал бы ей около шестидесяти.
— Здравствуйте. Чем могу быть вам полезна, джентльмены? — Она говорила как образованный человек, но Джеймсу было не определить по акценту, откуда она. Точно не из этих мест.