Мама Абба бережно положила фарфоровых кукол Бет обратно в кедровый сундук и со стуком захлопнула крышку.
– Это твоя жизнь, Джо. Пиши ее, как тебе хочется. Главное, чтобы в ней не было лжи.
Никто, или почти никто, не заметил возвращения Джо и матери к гостям. Мег с Бруком танцевали с другими парами, дедушка Лоренс расхваливал Ханну за приготовленный обед, а мистер Марч доедал кусок торта из одной тарелки с Эми, которая вымазала кончик носа в креме – одним словом, стояла настоящая идиллия.
И только Лори не принимал участие в празднике, нервно расхаживая взад-вперед.
– Ну что? – Он взволнованно переводил взгляд с мамы Аббы на Джо, когда та вновь оказалась рядом. – Все хорошо? Что-то случилось?
– Да и… да. – Джо не находила подходящих слов, но ее глаза сияли любовью, и прежде чем она успела снова раскрыть рот, чтобы попытаться сформулировать мысль, он ее прервал:
– Подожди! – Лори сунул руку в карман пиджака и извлек оттуда что-то миниатюрное и легкое. Он открыл коробочку и положил ее на ладонь девушки: внутри лежало кольцо с сапфирами и бриллиантами.
– Что это? – спросила Джо, вытаращив глаза.
– Оно принадлежало моей маме, – ответил Лори, откашлявшись. – И не переживай, я не дарил его Хэрриет. Она настояла на покупке кольца у модного ювелира в Нью-Йорка. Сама выбрала его в «Тиффани» и вернет обратно в магазин.
– Ты бы очень понравилась моей маме, Джо. Думая об этом, я чувствую…
– Что? – спросила Джо, прижимаясь к нему. У нее внезапно закружилась голова.
– Не знаю, как сказать. Просто… чувствую, и все тут. С тобой я так много всего испытываю. И так было всегда. Если спросишь меня, о чем я думаю или что чувствую…
– Что ты чувствуешь, Лори? – игриво поинтересовалась она.
– Все мои чувства – это ты. – Хрипло произнесенные слова шли прямиков из самого сердца. – Там, где ты – мой дом.
Она стиснула его руку.
– Теодор Лоренс, из тебя может выйти неплохой писатель.
– Нет уж, – ответил он, с улыбкой вздернув бровь. – Нашей семье хватит и одного.
Джо придвинулась ближе, но он остановил ее.