— Здесь нам нечего больше делать, джентльмены, — ответил капитан. — Посмотрите сами: ни одна лодка не сможет подойти к острову. Бухта, где вы пристали, уже погрузилась глубоко. Я не смею рисковать яхтой и оставаться здесь дольше. Когда остров уйдет под воду, образуется опасный водоворот, который потянет за собой судно.
— Это правильно, — с грустью сказал Хаукс, — бедный мальчик!
— Я бы спас его, сэр, если бы мог, вы знаете это…
«Дедал» задрожал от пульсации машин, затем сделал поворот и начал скользить прочь. Все увеличивавшиеся волны преследовали его и кидали из стороны в сторону. Минутами ничего не было видно, кроме хлещущих валов, потом, когда мы попали на гребень огромной волны, то увидали, что остров все больше и больше погружается в воду. Последнее, что мы могли различить в бинокли, был краешек темной скалы, через который с бешеной силой перекатывались ревущие волны. Солнце, точно издеваясь над яростью волн, медленно опускалось за горизонт…
К утру море стало утихать, и мы повернули обратно, мчась на всех парах, в надежде на невозможное. Но от острова не осталось и следа. Бездна, поднявшая его из океанских недр, снова пожрала его, и бедный Притчард погиб вместе с ним.
Я представлял его себе в мавзолее, у хрустального саркофага, в то время, как волны, жадно лизавшие скалы, ползли все выше и выше… Я содрогнулся, подумав, что был момент, когда океан достиг вершины скалы и обрушился на мавзолей; тогда Притчард, вероятно, пришел в себя и понял, что спасения нет.
Хаукс не выходил из лаборатории всю эту страшную ночь. Я спустился вниз сообщить ему печальную новость и нашел его бодрствующим среди приборов и инструментов.
— Я нашел решение этой загадки, — сказал он. — Теперь я знаю, почему нам казалось, что девушка оживает, когда мы вошли. Я подобрал кусок хрусталя, отбитый Притчардом от саркофага, и испробовал его оптические свойства, хотя до сих пор не знаю, из чего он сделан. Вы видите там статуэтку Венеры? — Он показал мне статуэтку в нише. — Возьмите хрусталь, крепко зажмите его в руке и смотрите сквозь него.
Я приложил прозрачный кусочек к глазу и повернулся к статуэтке. Венера двигалась, жила. Мраморное тело дышало, и я машинально опустил кристалл, чтобы убедиться, что я не грежу.
— Понимаете, — сказал Хаукс, — это некоторого рода научная сила, «магия», если хотите, известная атлантам. Девушка, я полагаю, была дочерью царя, и, когда она умерла, ее тело набальзамировали, каким-то образом запрятали в хрустальную глыбу и запечатали в мавзолее. Они, конечно, знали, что рано или поздно кто-нибудь откроет дверь. Может быть, это была часть церемонии, придуманной жрецами для того, чтобы убедить окружающих в бессмертии царей.
— Но я не понимаю, как это происходит…
— Очень просто, Джонстон. Это вещество при абсолютной прозрачности обладает замечательным свойством: его способность преломлять световые лучи значительно изменяется при нагревании. Я думаю, что выражаюсь ясно и употребляю самые простые слова. Результат же таков, что, несмотря на устойчивую температуру, вещи, видимые сквозь него, кажутся ожившими, колеблющимися, как это бывает во время жары, — и по той же причине. А перемена температуры происходила благодаря теплоте ваших рук и дыхания, когда вы смотрели на Венеру и, так сказать, подогревали кристалл. Без сомнения, в мавзолее тот же эффект достигался искусным расположением отражающих плоскостей.
— Понимаю, — сказал я. — Значит, с солнечными лучами и теплым воздухом, ворвавшимся внутрь, нам казалось, что девушка дышит и улыбается.
— Разумеется.
— Но почему Притчарду остров оказался знакомым? Как мог он инстинктивно найти ближайший путь к вершине?
— Нашел ли? Или ему это только казалось? Уэльсцы, как вы знаете, неисправимые романтики, а Притчард, насколько я могу судить по отзывам капитана, был более, чем типичный уэльсец. Нечему, в сущности, удивляться, что скалы ему показались якобы знакомыми. Он с детства привык к горам Уэльса, и его зоркий глаз горца и моряка мгновенно устанавливал удобнейшие места для под"ема, гораздо быстрее, чем мы с вами.
— Ну, а помните его предчувствие, что близко находится бухта, где мы сможем удобно пристать?
— Он был опытный моряк и по журчанию воды вокруг скалы бессознательно определил присутствие бухты, — нетерпеливо отозвался Хаукс.
— Да, но вы забыли его видения лица девушки, которую он тотчас же узнал в принцессе атлантов?
Хаукс провел рукой по рыжим волосам.