Это определённо была «Чжу Цин». Правда, актрису явно заменили на более хорошенькую; да и её синее платье теперь выглядело в разы лучше, а волосами так вообще можно было пол подметать — настолько длинными они были.
Помнится, раньше за чистоту пола отвечал «Летописец» со своей бородой, но что-то я его сегодня не вижу…
— Дочь моя! Пусть теперь он принадлежит другой, но я верю — Каменный принц придет защитить тебя! — громко отвечает ей карикатурно маленький старичок, которого я никак иначе, как пеньком, и назвать не могла.
Судя по всему, это был «Повелитель Цветов».
За что ж так досталось почтенному старцу?.. Эти артисты Богов не боятся…
М-да…
— А как называется это представление? — уточняю у Синь Шэня, чуть наклонившись к нему.
— Название спектакля —
— И за кого нынче болеет почтенная публика? — интересуюсь, изящным движением приподняв вуаль до уровня губ.
— За главного героя — за кого ж ещё? Он в этой части настрадается… — качает головой старушка, — Даже представить боюсь, что будет в следующей!
Как я её понимаю!..
Так, стоп.
— Полагаете, у этой истории будет продолжение? — с лёгким любопытством спрашиваю.
— Конечно будет! Не могут же они оставить нас с таким ужасным финалом! Я уже третий раз этот спектакль смотрю, и своей монетой голосую за счастливый конец! А как иначе? Пока есть спрос — будет и предложение…
Киваю этой бессмертной и направляю взгляд на сцену, где в этот момент несчастные отец с дочерью бились с целой армией «демонов», описывать которых я бы не взялась даже за отдельную плату. Зрители вокруг едва не в голос обсуждают бедственное положение семьи, недоумевая — где же их союзники из Края Пяти Озёр? — но мгновенно замолкают, когда на сценическую землю «с небес» (
— Это что за… — только и вырывается из меня.
— Кажется, тебе решили польстить, о древняя Богиня, — хихикает Синь Шэнь, прикрывая рот рукой, — и вместо старухи на сцену выпустили прекрасную лоли![1]
— Шэнь-гэгэ… тебе смешно? — очень опасным голосом уточняю.
— Прости, а-Юэ, но это действительно компромисс… согласись? — хмыкает лис, продолжая давиться смехом.
— Компромисс? Почему она в халате?! — возмущенно спрашиваю, поймав на себе несколько недовольных взглядов от зрителей.