Стоило теперь плыть с разборками к этому Фоме или нет? Уж теперь-то он не отвертится ни от чего, вместе со своим местным боссом и мафиози по совместительству. Вот вечно всё так, итальянцы, что с них взять? Воевать не умеют, зато исподтишка все делишки обтяпывать они мастера.
Вернувшись на пирс, я заметил, что мои рыбаки давно отчалили и скрылись за линией горизонта. А другие лодки по разным причинам не захотели меня увозить в порт Кальяри. Ну ладно, придётся идти пешком.
Хотя, почему пешком, что тут, ослов нет? Ослы были, даже настоящие. Ради того, чтобы не сбить ноги и заодно поберечь силы, я раскошелился на одного большого, но спокойного.
Оседлав, как Санчо Пансо, своего «Серого», я, свесив ноги по обе стороны его крупа, затрусил в сторону города, провожаемый насмешливыми взглядами местного люда. Но я не хотел тратиться на скакуна местных пород, дорого и непрактично, и падать с него высоко, можно ключицу сломать или лапку, так что, ну его, пусть смеются.
Выехав из небольшого посёлка, я потрусил на ослике по дороге, ожидая приключений. Но к ним я был готов. Защитные амулеты примут на себя и удар магии, и пули, а со всем остальным буду разбираться. Долго ли с осла соскочить. Встал на ноги – уже на земле, а осёл в стороне. Да и, если что, можно им прикрыться. Все же, хорошая защита, толстая и плотная.
Так я думал, неспешно продвигаясь по дороге, на которой изредка встречались горожане и крестьяне из окрестных сёл. Один раз мимо меня, бешено настёгивая лошадь, промчался всадник. Мельком взглянув на меня, он ещё раз ударил лошадь и проскакал дальше, вырывая из-под копыт фонтанчики сухой пыли.
Козёл!
Я продолжал ехать дальше, пока не подобрался к двум большим холмами, между которыми и пролегала дорога. Холмы были пологими, но высокими, и вся седловина между ними покрыта редким лесом. Конечно, не джунгли, но спрятаться можно.
И вот, вскоре я заметил подозрительное шевеление, а потом и движение. Началось! Ну, кабыздохи, держитесь!
Оппиниус уже весь извёлся, где этот грёбаный идальго? Его наёмники давно заскучали, им надоело ждать, а идальго всё не появлялся и не появлялся. Когда маг уже почти потерял терпение и решил снять засаду, потому как что-то пошло не так, примчался всадник.
Всадник прискакал из Фокси, его отправили, как только поняли, кто к ним приходил и зачем, и то, совсем не сразу. В общем, всадник еле успел. Покрутив головой, он задействовал сигнальный амулет, и Оппиниус понял, что этот посланник к нему.
Всадник, захлёбываясь словами, поведал, что интересующий их идальго уже на пути сюда, только двигается совсем не в том направлении. Он не шёл пешком, и не ехал на лошади, а трясся на осле. Оригинально, но давало шанс подготовиться, и к тому времени, как фигура всадника на осле появилась вдалеке, нападающие были во всеоружии.
Я сидел в седле и держал в руках пистоли, внимательно глядя по сторонам, и успел вовремя заметить две аркебузы, которые высунулись из-за стволов деревьев. Но, кроме них, ещё штук восемь арбалетов находились в руках других наёмников, которые спрятались на деревьях и в невысокой траве. Учли же прошлые ошибки. Видимо, в этот раз они решили меня убить с первого залпа.
А может, подумали, что в прошлой жизни я был дикобразом и теперь должен вернуться к своим истокам. Весьма спорное мнение. Вовремя заметив организованную мне теплую встречу, с осла я соскочить успел, а вот спрятаться, увы, нет. Сначала защёлкали арбалеты, а потом раздался грохот двух выстрелов. Пули пролетели мимо, а вот арбалетные болты почти все попали в меня. Один за другим защитные талисманы рассыпались глиняной пылью.
Всех арбалетчиков я не засёк, но вот трёх увидел. Прицелившись, выстрелил по кроне нужного дерева. Срывая ветки и листву, сверху, как подбитый тетерев, свалился наёмник. Всё же, картечь лучше, чем пуля. Второй выстрел по другому стервятнику видимого успеха не принёс, но, однозначно, кого-то из бандитов ранил. Но я уже бежал навстречу другим. Пистолей было ещё четыре, из всех я выстрелил по целям, и по всем попал.
Ко мне кинулись сразу все, а двое, перезарядив арбалеты, прицелились. Два атакующих амулета выбросили в их сторону языки жадного пламени, испепелив налетчиков до пояса. Третий ударил в мушкетёра, решившего повторно выстрелить в меня, и тут же поплатившегося за свою попытку.
Разрубив одного из бандитов, я отпрыгнул и бросился наутёк. На секунду застыв от резкого поворота, вся толпа выживших бандитов бросилась за мной, улюлюкая. Я же, отбежав, разрядил по ним артефакты, которые били по площадям. В один миг погоня превратилась в ловушку для самих загонщиков. И выживших из всей толпы оказалось всего двое. Теперь уже я бежал за ними и, догнав одного, от души размахнулся по нему топором, убив наповал.
Где-то ещё пряталась пара арбалетчиков, а пехотинец, единственный выживший, так улепётывал, что его и догнать никак было нельзя. Но я не расслаблялся, маг был где-то рядом, и на этот раз он не отступит, а у меня в тылу ещё двое бандитов прятались. Надо искать.
Сильный ветер пронёсся по кронам подозрительных мне деревьев, обнажив одного из спрятавшихся. Перезарядив пистоль, я прицельно выстрелил по нему, и ещё один товарищ упал на землю, но до этого он успел выстрелить в ответ. Его арбалетный болт лишь ушиб мне бок.
Другой бандит, прятавшийся у корней дерева, услышав моё приближение, высунулся из-за ствола и разрядил свой арбалет. Резкая боль пронзила мою спину. Вот же, сука! Опять в больное место попал. Тут уж я не сдержался и стеганул его щупальцем медузы, собрав влагу с деревьев.