Книги

Особенности личностного и семейного функционирования родственников наркозависимых

22
18
20
22
24
26
28
30

На данном этапе изучения проблемы созависимости не представляется возможным выделить единую форму или типологизировать проявления и этиологию этого явления.

Следует также помнить, что использование самого термина «созависимость» (симбиотический регресс – нарушение личностных границ) в России должно строго соотносится с нормами межличностного взаимодействия, принятыми в соответствующем регионе и составляющими культуральную специфику того или иного этноса.

Вместе с тем представляется важным отметить, что, несмотря на феноменологическую неопределенность и разнообразие мнений, касающихся этиологии и патогенеза данного явления, а также наличие выраженной культуральной специфичности межличностных взаимодействий родственников больного зависимостью, мир окружающих аддиктов людей существенно отличается от мира людей, не столкнувшихся с такой проблемой. Психопатологические изменения психического состояния родственников аддикта, прежде всего жен и матерей, вне зависимости от того, названы ли эти изменения созависимостью, свидетельствуют о необходимости рассмотрения данного контингента в качестве потенциального объекта психотерапии и психокоррекции.

Работа с родственниками больных должна проводиться конкретно и целостно. Под конкретностью при этом понимается необходимость анализа конкретных условий семейного и личностного функционирования родственников, а не наклеивание ярлыка созависимости, исходя, например, из фактора совместного проживания с больным. Целостность рассматривается как необходимость оценки различных аспектов существования родственника, его внутриличностной динамики, межличностного и макросоциального взаимодействия.

1.7. Итоговые комментарии

Долгое время трудности, с которыми сталкиваются родственники больных с аддиктивной и/или психической патологией, а также переживания, возникающие у членов семьи в ситуации болезни близкого, не выступали в качестве самостоятельного объекта исследований медицинской психологии. Психическое состояние и психологические особенности родственников хронически больного, как правило, рассматривались с точки зрения их влияния на болезнь, то есть как фактор, способствующий или препятствующий развитию, стабилизации или регрессу патологических процессов у хронически больного индивида.

Вместе с тем как опыт наших собственных наблюдений, так и опыт наших коллег, представленные в литературе, свидетельствуют о том, что психологические переживания и феномены, возникающие у человека в контексте его близких межличностных отношений с аддиктом, очевидно обладают многообразными патогенными компонентами, способными в значительной степени ухудшить качество жизни и негативно сказаться на различных уровнях его функционирования, включая даже уровень психосоматических процессов.

Не претендуя на исчерпывающий перечень, среди факторов, по мнению многих специалистов, определяющих психологическое состояние близких аддиктивного больного, следует отметить: чрезмерный стресс; психическую травматизацию; существование в среде с преобладанием деструктивных межличностных отношений; неэффективность личности в решении жизненно важных проблем. Далее кратко остановимся на каждом из них.

Так, например, в качестве постоянно действующего стрессора для родственников аддиктивного больного выступает сам процесс адаптации к болезни близкого. Члены семьи испытывают постоянный стресс от ролевой неопределенности, возникающей в связи с непредсказуемостью поведения больного с зависимостью, невозможности оценить его способность к выполнению родительских, супружеских и других обязанностей. При этом неопределенность ролевых ожиданий и их разбалансированность связана с чередованием фаз трезвости и интоксикации, характерным для аддикта. В качестве других факторов, оказывающих значительное стрессовое воздействие на членов семьи наркозависимого, часто выделяют «крах надежд» в сфере значимых отношений личности; конфликты, связанные с деньгами и имуществом; переживание неуверенности родственниками больного, а также переживание тревоги и беспокойства за своих близких; угрожающая семейная атмосфера и т. п.

Психотравматизация родственников аддиктивных больных во многом связана с ситуациями реальной или воображаемой угрозы жизни как для самого больного, так и для членов его семьи. В случае наличия героиновой зависимости у члена семьи такие переживания могут быть обусловлены, например, высокой криминализированностью, опасностью передозировок, открытой агрессивностью поведения больного в состоянии выраженной абстиненции/опьянения. При всей очевидности влияния данных факторов на психическое состояние близких больного, предпринятый нами литературный поиск показал, что этот аспект функционирования родственников с аддиктивной и/или психической патологией практически не рассматривается и представлен крайне фрагментарно, присутствуя лишь в единичных исследованиях. Также, на наш взгляд, недооценивается значение общественной стигматизации, которой часто подвергаются родственники наркозависимых. При этом значительная роль в формировании стигматизирующего и самостигматизирующего отношения принадлежит профессиональному сообществу, часто оказывающему ятрогенное влияние на родственников больных с аддиктивными и/или психическими расстройствами.

Деструктивные межличностные отношения, характерные для родственников наркозависимых, включают разнообразные формы нарушения детско-родительских, супружеских и других взаимодействий внутри семьи, а также деформацию связей семьи с социальным окружением. Для семьей аддиктов характерны такие дисфункциональные проявления, как: нарушение семейных границ, нарушения коммуникации, дисфункциональные семейные роли, а также различные паттерны поведения, способствующие возникновению и поддержанию употребления ПАВ членами семьи.

Широкий спектр расстройств личностного функционирования, выявляемый у близких родственников аддиктов, говорит о том, что их индивидуальные ресурсы часто недостаточны для совладания с трудной жизненной ситуацией, обусловленной заболеванием близкого. Это, в свою очередь, свидетельствует об острой необходимости разработки специализированной системы психологической помощи близким больного наркотической зависимостью.

В то же время современное состояние исследований показывает значительную разнородность позиций психологов, наркологов и других специалистов в понимании психологии родственников аддиктов.

Для интерпретации тех феноменов, которые выявляются у близких аддиктивных больных, используются различные концепции, к сожалению, часто страдающие односторонностью описаний психологии члена семьи аддиктивного больного. Среди этих концепций наиболее влиятельными являются такие как: «хроническая психотравматизация, вызванная болезнью близкого», «бремя семьи», «системная модель функционирования семьи хронически больного», «личностная дисфункциональность» – «созависимость».

Следует подчеркнуть, что концепция созависимости, получившая наиболее широкое распространение и влияние в сфере взаимодействия специалистов с родственниками аддиктивных больных, представляется наименее структурированной и не имеющей достаточной научной обоснованности. Акцент на личностной дисфункциональности близких, стигматизирующий родственников больного характер терминологии и недооценка культуральной специфичности данного конструкта ставит под сомнение обоснованность применения этой концепции в качестве теоретического основания при разработке специализированных мероприятий для родственников аддиктивных больных.

Различные концепции хронической психотравматизации (например, модель stress-strain-coping-support/стресс-напряжение-совладание-поддержка) рассматривают близкие родственные отношения с аддиктом в качестве выраженного стресс-фактора, оказывающего продолжительное (хроническое) воздействие на близких больного. В результате такого стрессового воздействия родственники аддикта испытывают значительное напряжение, проявляющееся в форме физических и/или психических расстройств. Такие концепции часто выступают в качестве противопоставления концепции созависимости, однако, полностью перекладывая ответственность за происходящее в семье на аддикта, эти концепции просто меняют направленность стигматизации, лишь перенося «обвинительный приговор» с родственников на самого больного.

Полное отбрасывание концепции созависимости способно сильно исказить представление о тех процессах, которые характеризуют психологию членов семьи, наиболее вовлеченных во взаимодействие с больным психическими и/или аддиктивными расстройствами. Многочисленные клинические наблюдения показывают, что в процессе болезни действительно происходит значительное сокращение межличностной дистанции между опекающим родственником и хронически больным. Часто их взаимодействие приобретает формы, характерные для ранних этапов онтогенеза («симбиоз», по M. Mahler, 1952). Концепция «созависимости» отражает этот феномен, но абсолютизирует его и тем самым зачастую концептуально патологизирует психическое функционирование родственников больных, недооценивая их конструктивную личностную активность. Поскольку понятие «созависимость» получило сверхширокое распространение, но не обладает ни достаточной научной обоснованностью, ни четкостью определения для обозначения явлений, отражающих изменения интерперсональной дистанции опекающего члена семьи и больного, мы предпочитаем использовать понятие «симбиотический регресс». Это понятие отражает важный, но не единственный процесс, определяющий психологию родственника больного и вместе с тем не имеет тех нежелательных коннотаций, которые закрепились за термином «созависимость».

В качестве альтернативного концепции созависимости подхода за рубежом широко применяется концепция «бремени семьи», предназначенная для систематического учета негативных последствий воздействия хронического стресса, обусловленного болезнью одного из членов семьи, на его близких. Концепция акцентирует внимание на разнообразных трудностях, неизбежно возникающих у тех, кто опекает больного члена семьи, и представляет собой попытку скорее всесторонне, чем системно, исследовать проблемы, существующие у членов семьи больного. Кроме того, концепция «бремени семьи» не отражает момент фрустрации личностных усилий близких больного, направленных на изменение их жизненной ситуации. Такая фрустрация в большей мере отражена в концепции выгорания, также применяемой для описания переживаний родственников хронически больных. В настоящее время данная концепция совсем не используется в работе с родственниками аддиктов, несмотря на данные, отражающие наличие у них проявлений истощения, деперсонализации и редукции достижений, то есть симптоматики, описываемой в рамках синдрома эмоционального выгорания.

Системный подход также не имеет широкого применения в практической деятельности в силу своей трудоемкости и высокой энергозатратности. Для реализации системного подхода требуется привлечение к терапевтическому процессу максимального числа членов семьи больного (что крайне трудно осуществить в связи со спецификой внутрисемейных взаимодействий в аддиктивных семьях), а также значительные временны е затраты, связанные с необходимостью реконструкции семейной ситуации перед проведением последующих психотерапевтических интервенций.

Следует отметить, что отсутствие целостного, согласованного понимания картины происходящего с близкими хронически больных, в частности, родственниками больных с психическими расстройствами и/или химическими аддикциями, часто ведет к значительным искажениям понимания сути психологии родственника хронически больного.