Значит, борьба затянется.
— Поговорим! — коротко кивнул киммериец, набираясь терпения.
— Прекрасно! Приятно иметь дело с разумным противником. — прокомментировала говорящая иллюзия, вставая, и жестом приглашая за собой, — Идём!
Подвал, в который попал Конан, был просто грандиозен по своим размерам. И уж его-то точно переоборудовали! Похоже, предыдущие владельцы Рэдволда веками собирали здесь дары виноградной лозы со всех стран света — раньше здесь были винные погреба.
Теперь же здесь была самая роскошная, шикарная и помпезно украшенная…
Тюрьма!
В просторных, великолепно обставленных и декорированных, словно будуары, но всё же, камерах, содержались самые красивые и породистые — другого слова и не подберёшь! — из всех когда-либо виденных им (а было таких, ох, немало!) — женщин.
Ну, то есть, отдельные, как выразился карлик, неплохие экземпляры, ему, разумеется, попадались, но чтобы вот так — в одном месте, одновременно, встретить столько великолепных представительниц прекрасного пола… Нет, он вынужден был признать, что такого даже он не видывал.
Ему пришлось подтвердить это после того, как они с Юрденной обошли все пятьдесят пять комнат, и Конан посмотрел на всеx, равнодушных к тому, что их осматривают, словно лошадей в конюшне, загипнотизированных пленниц.
— Теперь, когда ты увидел, так сказать, отобранный и подготовленный мною материал, и оценил масштабы моей власти и настойчивости, почему бы нам не подняться в мой кабинет, и не решить все наши дела за кубком доброго вина! — предложил, вновь мерзко потирая ручки-клешни, карлик. И хотя Конан придерживался другого мнения об угощении и питьё в доме врага, ему пока вновь пришлось подчиниться.
Молчаливый эскорт из тридцати арбалетчиков всё так же, колонной по два, протопал за — и перед — ними к маленькой, уютно обставленной комнатке на втором этаже, бывшей, скорее, под стать одной из красавиц снизу, чем аскету и мыслителю, каким престало бы быть, по идее, волшебнику-чародею. Да и магическими атрибутами, как в замке, например, у Пелиаса, тут и не пахло. А пахло тут заморскими благовониями и… духами.
Стол, стоящий посередине кабинета, действительно ломился от яств, и кувшинов разных форм. Хрустальные же кубки даже Конану не показались маленькими.
Внутрь кабинета хозяин, однако, провёл одного Конана, грозным взором окинув своё воинство перед тем, как прикрыть двери, и жестом предложив варвару самому угощаться и наливать себе из любого приглянувшегося кувшина. Затем он молча же подождал, пока Конан, не видевший смысла отказываться, и к тому же здорово проголодавшийся, не налил себе и не осушил солидного кубка, не глядя заев отлично приготовленным жаренным мясом оленя c ближайшего дымящегося золотого блюда.
Вино, да и закуска оказались превосходными: Конан, давно понявший, что уж отравить-то его точно не собираются, не без удовольствия прикончил ещё пару здоровенных ножек — не иначе, как индюка.
Юрденна, хотя глазки его и горели нетерпением, спокойно прошёлся по комнате несколько раз, жестом предложив киммерийцу располагаться так, как тому удобно. Видно было, что он доволен, и ему не терпится начать — похоже, чёртов карлик действительно что-то спланировал, и спланировал давно.
— Удобно тебе? — спросил он наконец.
— Удобно. — отозвался Конан, и вправду неплохо устроившийся на мягких подушках кушетки, занимавшей всю длину одной из стен, и спокойно выжидавший со вновь наполненным кубком.
Хоть они и были наедине, повторять глупой ошибки и вновь нападать он уж точно не собирался: он не идиот, чтоб не понять — в ближайшее время (а, возможно, и никогда — вплоть до момента последней схватки!) телесного воплощения мага ему не видать…
— Хорошо. — карлик вновь прошёлся: похоже, не мог заставить себя усидеть на месте! — Тогда я начну. Правда, начну я несколько издалека.
С одной древней легенды. Тебе ведь наверняка знакомо имя Геркулеса?