– Мы пойдем в другой магазин.
– Да, конечно, если вам так удобнее. Но у нас общая база данных, и в другом магазине вам предложат только эту модель.
– Все, мы уходим, – Женя схватила Тасю за руку; рисунок выпал и зашелестел по полу. Девица бросилась поднимать.
Рука была горячей, влажной и какой-то обвисшей, будто лапка испорченной стиральной машиной мягкой игрушки.
– Мама, пожалуйста, – заскулила Тася. – Ну мама, ну пожалуйста, давай купим Роузи… – у нее задрожал подбородок. – Давай купим Роузи здесь…
У Таси были красные, с неровной бледной каймой, щеки и слипшиеся завитки волос на висках. Женя наклонилась и коснулась губами ее лба. Как печка.
– Вы карточки принимаете?
– Да, конечно, карточки Visa мы принимаем… Ну, не плачь, не расстраивайся, мой сладкий, – проворковала девица, протягивая Тасе рисунок. – Мама тебе сейчас купит «Споки». Вам завернуть в подарочную бумагу?
3
Гиперактивная родительница Сони Алиповой настигла ее в раздевалке:
– Евгения, вы проболели и не сдали за фотоальбом! – с начала учебного года мамочки установили традицию называть друг друга полными именами, но без отчеств. – Вчера был последний день. Но я за вас сдала.
– Спасибо, э-э… – Женя поняла, что не помнит имя. – Сколько я вам должна?
– С вас тысяча рублей, Евгения.
Названная сумма почему-то растревожила зону мозга, отвечающую за библейские имена. «Мария», – неожиданно всплыло в голове.
– Тысяча рублей, – Женя вытащила из кошелька единственную купюру. – Мария, этот фотоальбом, наверное, золотой?
– Нет, он скорее такой серебристый, – возбудилась Мария. – Там, значит, по краям фрукты, яблочки, вишенки, ягодки всякие, веточки, колокольчики, они так переплетаются, таким, знаете, ободком, а в серединке такой овальчик, и в нем… – Мария выдержала умиленную паузу, – фотография вашей маси!
– Таси, – поправила Женя.
– Я знаю, Евгения, знаю, конечно! Это я просто нежно так говорю! Мася, масечка, масик, я детишек так называю! Давайте-ка я отмечу, что вы уже сдали!
Мария захихикала, прикрыв рот дрожащей пухлой ладошкой с перстнем, потом выхватила из бабской блестящей сумки блокнот, покалякала в нем и оглядела раздевалку безумным взглядом. Детишки действовали на нее как амфетамины, будоражили нервную систему.
– Евгения, я тут видела, вы своему ребятенку наконец-то «Споки» купили! – включилась в разговор многодетная Суходольская. – Я вас так поздравляю! – она схватила Женину руку и потрясла. – Теперь у вас все наладится! Все наладится!