Шоу нахмурился, глядя на сигару.
– Она звучит так себе, – с сожалением признался он.
– Я сам решу. Позвольте мне ее выслушать.
– Ну… – Шоу вздохнул, уронил сигару в пепельницу, стоявшую рядом с его локтем, и повернулся к Лори, полностью изменившись в лице. – Остальное, – сказал он спокойно, – звучит так: если вы мне этого не пообещаете, мы не сможем с вами попрощаться, хотя оба жаждем этого.
– Вы имеете в виду… – Лори не мог поверить услышанному. – Вы имеете в виду, что не собираетесь выпускать меня отсюда?
Шоу с недоумением пожал плечами:
– Собираюсь, конечно! Но не сразу.
Лори повернулся и обратился к камину:
– Такую чушь в своей жизни я еще не слышал.
Шоу кивнул.
– Да, мне тоже кажется это немного мелодраматичным. Я пытался придумать что-то получше, что-то менее очевидное. Но времени было слишком мало. У меня и вправду не было выбора.
– Что вы хотите сказать? – Лори повернулся и встал лицом к нему.
– Только то, что я сказал. Обдумайте это. А потом сообщите мне ваше решение.
Лори подошел к нему ближе.
– Вставайте, – скомандовал он.
Шоу выглядел очень удивленным.
– Мне удобно и тут.
– Вставайте! – произнес Лори сквозь зубы.
Шоу снова пожал плечами. Потом с одной из своих широких острозубых улыбок он поднялся и встал перед Лори. За столом в другом конце комнаты высокий светловолосый секретарь тоже встал и смотрел блеклыми голубыми глазами на своего начальника.
– Теперь, – произнес Лори, – рассказывайте мне, к чему, черт побери, вы ведете и что значит вся эта тайна.