Ей как другим я и не собирался вежливо объяснять, что «Нам было хорошо, но мы слишком разные, потому остановимся на одной ночи. И чеши-ка, дорогая, домой на такси, которое я уже вызвал, да поскорее»
Видимо, нужно быть честным, и сказать про отношения, в вечность которых я не особо верю. Вроде это и правда, но что-то останавливает.
Внутренний протест.
Надя вдруг решила быть наблюдательной, и включила взрослую женщину, читающую по лицам. Улыбка не сползла с ее губ, но стала холоднее.
— Видимо, разговаривать не о чем, – морозно произнесла она, и кивнула на тарелку: — Давай позавтракаем, а потом я поеду домой.
ГЛАВА 12
С утра первый порыв был – уйти по-английски.
Я отговаривала себя, ходила по комнате и собирала вещи с самых невообразимых предметов. Хорошо хоть не с люстры. А то мы могли.
Никита остановил. И… хорошо.
Все же, я не Золушка, чтобы сбегать. Да еще и не факт, что я сбегу, а за мной погонятся.
А мне это нужно? Чтобы погнался за мной?
Если быть совсем честной, то да. И хочется, и нужно. Пусть, глупо и по-детски, но приятно, когда мужчина… нет, не бегает, а доказывает, что нужна.
Но лучше пока не проверять, и побыть взрослой, рассудительной женщиной.
— Итак, – спросила, собрав все свои внутренние силы и взглянула на мужчину, — Никита, и что теперь? Поговорим сейчас, или после того, как ты позавтракаешь?
На его лице промелькнуло недовольство. Затем сомнение. И вина.
Вина, черт его возьми!
Я от подруг такое сто раз слышала – рассказы о встрече в каком-нибудь клубе с красавчиком, который ой как понравился. А этот красавчик поутру выпроваживал. Иногда даже не подбирая вежливых слов.
Никита вот подбирает. А хочу ли я слышать их?
— Видимо, разговаривать не о чем. Давай позавтракаем, а потом я поеду домой, – я усилием воли удерживала сползающую с губ улыбку.
Ну уж нет, не стану я перед мужиком нюни разводить. И обвинять ни в чем не стану.