Алёна кивнула.
— Скажите, у вас есть дети? — спросила она, не отводя взгляда от глаз Вяземской. — В статье про вас на «Википедии» об этом ни слова.
— Две дочери и сын, у них уже свои семьи и дети. У них другие фамилии, они очень помогают мне с «Нике». Нам пришлось эмигрировать из России, здесь наши работы были фактически под запретом. Вы хотели спросить, не помешает ли вам «Нике» завести собственных детей?
Алёна покраснела, отвела взгляд и кивнула едва заметно.
— Не помешает. Алёна, у меня сегодня очень плотный график. Мы обязательно побеседуем ещё.
— Просто в голове не укладывается! — в который раз сказала Алёна, когда они устроили себе «перерыв»: шли по обочине после очередного этапа спортивной ходьбы. — Семьдесят четыре года! Я боюсь спрашивать, что ещё она умеет. Может, не знаю, она пару тонн поднимает одной левой? Или стометровку пробегает за пять секунд?
— Значит, и мы что-то такое сможем, — предположил Олег.
— Очень хочется, — сказала Алёна. — Моя двоюродная бабушка знаменитая фигуристка, ты уже знаешь, наверное. На пенсии. Мне с самого детства весь мозг выклевали, что и я должна чего-то добиться в спорте. Семейная традиция.
— Но ты же не для них сейчас стараешься?
— Нет, для себя. Я теперь не смогу успокоиться. Раз это не допинг, значит, я и в самом деле всё это могла. Всё, пошли к стойке, она уже там!
Алёна смогла взять с третьей попытки только сто девяносто три сантиметра. Олег — двести девятнадцать со второй.
— Кажется, я это уже видела, — проворчала Алёна. — Почему так происходит?
— После очередного сеанса стимуляции мускулатура заново адаптируется, — пояснила Вяземская. — Важно не прекращать нагрузку — чтобы она оставалась постоянной и чтобы обязательно утомляла. Мышцы должны трудиться. Не стойте на месте. Помните, что я говорила?
— Да, три стометровки подряд в быстром темпе, — сказала Алёна.
— Верно. Между заходами проходите метров двадцать спортивной ходьбой туда и обратно, чтобы немного отдохнуть. В конце каждой третьей стометровки обязательно считайте пульс. Если пульс выше ста сорока пяти, проходите пятьсот метров спортивной ходьбой, затем повторяете заход, три стометровки. Нужно добиться, чтобы ногам стало жарко — от щиколоток до бёдер. Олег, ваш пульс не должен быть выше ста шестидесяти. Вопросы?
И Олег, и Алёна помотали головами.
— Вперёд!
…Первые три захода ноги Олега были как не свои: казалось, что он не бежит, а плетётся. И пульс действительно взлетел — и у Алёны, похоже, было ровно то же самое. Они вернулись с конца трека, время от времени обмениваясь взглядами, и замерли на долю секунды перед очередным заходом.
…Вперёд! Второй заход прошёл уже проще, пульс не поднялся до предельного значения. И дышать стало немного легче. И ноги начали уставать. Ещё один заход после короткой ходьбы, метров двадцать туда, сюда — и снова пульс подскочил ближе к пределу. И снова спортивная ходьба. Олег посматривал на Алёну — та шла молча, на лице — угрюмое сосредоточение и собранность. У самого Олега ноги тоже начинали бунтовать, но пока что никакого жара — только усталость.
…Вперёд! На этот раз сделали три захода — пульс не подскочил, что удивительно, но ноги ощутимо устали — по ним теперь пробегали волны «мурашек», иголочек сверху донизу. Олег видел лицо Алёны боковым зрением: стиснутые зубы, решительность и непреклонность. Когда они вернулись в начало трека повторно, Алёна сердито смахнула слёзы с лица — и это было всё.