— Я вернулась в Россию, мне было почти 50 лет. Это удобный повод замкнуть круг. Подходящий момент. За границей у меня остались по контракту несколько спектаклей в The Royal Ballet. Так на мировой сцене я поставила точку, станцевав Джульетту. К счастью, на меня тут же посыпались всевозможные предложения со всего света стать балетмейстером. В 16 странах шла «Баядерка» в моей редакции. Теперь каждый раз, когда ее где-то ставят, я приезжаю и готовлю артистов. Работы хоть отбавляй.
— Это здорово!
— Да, я счастлива. Даже не ожидала, что моя творческая жизнь после ухода со сцены продолжится.
— Наташа, можно я задам очень личный вопрос? В России вы были замужем за Леонидом Квинихидзе, известным кинорежиссером…
— Да, но мы разошлись за год до моего отъезда.
— Как уживались две сильные и настолько контрастные личности?
— Не ужились, поэтому и расстались. Мы прожили вместе пять лет.
— С искусством был связан и первый ваш муж.
— Да, Всеволод Ухов, он был когда-то самым лучшим Ромео на балетной сцене, пока не сорвал ахилл.
— А когда вы встретились с Эдвардом Каркаром?
— Я осталась за границей в 1970 году. А замуж вышла только в 1976-м, но до этого мы четыре года были вместе.
— Чем Эдвард вас покорил? Кроме того что он высокий и красавец.
— Открытой улыбкой. У него красивые руки, длинные пальцы. Он очень внимательный и любил — безумно любил — Россию. Он хорошо говорил по-русски, с очень приятным акцентом. Симпатичный.
— Он, конечно же, ходил на все ваши спектакли?
— Да, и целовался очень хорошо. (Улыбается.)
— Наташа, вы вернулись в Россию только в 1988 году. В совершенно другую Россию. У Барышникова принципиальная позиция: я никогда не переступлю «порог» этого государства. У вас такой установки не было?
— Нет. Наоборот, я всегда во всех интервью говорила, насколько я благодарна Вагановской школе. Без нее я не смогла бы осуществить мечту. Но я до последнего момента, до перестройки, не могла поверить, что когда-нибудь приеду в Россию. Это был такой закрытый мир. Возвращение было сродни чуду.
— Все эти 18 лет вы не видели маму?
— Нет, конечно. Мы только говорили по телефону.
— И как вы встретились?