Трувориус (скорбно): Печальные новости, государь.
Фортинбрас (быстро направив Трувориусу шпагу в грудь): Еще раз назовешь меня так до коронации и вмиг лишишься языка!
Трувориус: Ваше высочество боится сглазу? Вот новость! Не знал, что вы придаете значение приметам.
Фортинбрас: Я им, может быть, и нет, а вот они мне, похоже, придают. (Убирая шпагу). Мне снился сегодня дурной сон. Как будто мой отец грозил мне пальцем из гроба и за что-то меня отчитывал, словно нашалившего мальчишку. А когда я проснулся, то увидел, что на окне сидит ворон и долбит клювом решетку. Теперь приходишь ты и обещаешь обрадовать меня дурными новостями. Не захочешь, а поверишь.
Трувориус: Это всего лишь совпадение, ваше высочество. Приметы лгут.
Фортинбрас: До поры до времени. И лишь затем, чтобы усыпить наше внимание, чтобы после легче заманить в ловушку… (Присаживаясь на свободный край стола) Выкладывай.
Трувориус (печально): Измена, ваше высочество.
Фортинбрас (с деланным изумлением): Да, что ты говоришь?.. Ай-яй-яй… Словечко хоть куда. И сдается мне, где-то я его уже слышал.
Короткая пауза.
(Нетерпеливо). Ну? Оно ведь что-то значит? Так растолкуй мне, что именно.
Трувориус: С болью в сердце. (Помедлив). Употребив со рвением все возможные способы для разыскания истины, известная вам комиссия обнаружила кой-какие подозрительные бумаги, которые навели ее на след заговора, благодаря которому была повержена датская корона, – вот оселок, на который нанизано все остальное. Оставив в стороне подробности, скажу лишь главное. Направив клеветою помыслы принца Гамлета против своего дяди, а помыслы дяди против племянника, заговорщики столкнули их лбами, не оставив им времени ни для размышления, ни для примирения. Один был уверен, что его дядя – убийца его отца, а другой, – что племянник метит на его место. Дальнейшее – известно. Затем, взвалив ответственность за происшедшее на случай, заговорщики уже намеревались поднять упавшую корону, но, к счастью, не успели… Да, да, мой принц. Когда бы вы опоздали со своим появлением хотя бы на день, здесь сейчас царили бы хаос и анархия.
Фортинбрас (угрюмо): И что же это значит? Что я – спаситель Дании, не так ли?
Трувориус: Кто в этом усомнится, когда узнает всю подноготную?.. Здесь чувствуется рука Провидения.
Фортинбрас (негромко): Или дьявола, который меня сюда заманил… Кто они?
Трувориус: Список обещает быть весьма обширным, ваше высочество. Вы будете удивлены, когда я положу его перед вами. (Значительно). Британцы, галлы, немцы, все приложили руку, вербуя себе сторонников и щедро покупая их услуги. Есть сведения, что заговорщики намеревались предаться польской короне. Другие улики свидетельствуют о шведских эмиссарах, которые, в случае успеха, обещали заговорщикам привести флот и блокировать порты, – конечно же, не за одно «спасибо». Скоро мы будем все знать в точности, не исключая подробностей. Но вот, что не подлежит уже никакому сомнению, так это то, что этот заговор никогда не был бы столь успешен, если бы не еврейские деньги.
Фортинбрас: Ты, наверное, смеешься. Евреи торгуют и молятся. Зачем им заговор?
Трувориус: Затем же, зачем им было распинать нашего Спасителя. Чтобы порадовать дьявола.
Фортинбрас (насмешливо): Причина хоть куда… Но даже если это так, то нам гордится нечем, потому что, видит Бог, мы радуем его ничуть не меньше. (Соскочив со стола и шагая по сцене, негромко). Впрочем, к черту дьявола… Если все, что ты сказал, правда, пусть хотя бы только на половину, то это значит… (Смолкнув, смотрит на Трувориуса).
Короткая пауза.
Ну, что молчишь?.. Ведь это значит… что мне уже никто не скажет «похититель трона». Не назовет убийцей. Не намекнет, что знает кое-что такое, что, стань оно известно, всех повергло бы в ужас. (Возвращаясь к столу, в пустоту). Как будто камень с плеч…