Книги

Маленькие испуганные кролики

22
18
20
22
24
26
28
30

– В чем дело? Ты что-нибудь слышал? Ее нашли?

Мое сердце бешено колотится, пока я жду, что он ответит. То же самое мы чувствовали сегодня днем, стоя на смотровой площадке и наблюдая, как полицейский водолаз поднимается со дна озера.

– Это… – прошептал кто-то. – Это она?

Не знаю, кто произнес эти слова. Голоса вокруг меня смешались, сливаясь в один и отдаваясь эхом, вторя моим мыслям. Внезапно мы все увидели ответ. Что бы ни держал в руках этот водолаз, оно не было похоже на человека. Слишком маленькое. Я поняла, что это было, когда водолаз добрался до лодки. Он протянул предмет женщине-полицейскому, и последний луч солнца упал на гладкую поверхность линз.

Очки… Но по-прежнему нигде не было никаких признаков той, кому принадлежали эти очки, разве только у Мэддокса есть какие-то новости.

– Что? – снова подталкиваю я его. – Они что-нибудь нашли?

Он поднимает глаза и качает головой. Я глубоко вздыхаю, ожидая, что он скажет еще что-нибудь. Наконец он шепчет несколько слов:

– Это все моя вина.

Я не знаю, что он имеет в виду, но от этих слов мой пульс учащается. Он смотрит на меня, но взгляд остается расфокусированным. Невидящим. Как будто меня здесь на самом деле нет, как будто я призрак или предмет дополненной реальности. В этом есть что-то жуткое. Моя рука поднимается к горлу.

– Возможно, с ней все в порядке. Ты же знаешь, какая она. Она, наверное, где-то прячется – хохочет до упаду.

– Возможно.

Я подхожу к нему и опускаюсь на колени на деревянный пол у его ног.

– Она делает это, чтобы наказать нас, Мэддокс.

Его руки снова приходят в движение, скользя к коленям, туго натягивая ткань брюк, отпускают ткань, и складки появляются снова. Он делает так три раза подряд, прежде чем я хватаю его за руку и прячу ее в свои ладони. Я не знаю такого Мэддокса. Я не узнаю этих движений, не знаю, как понять это затравленное выражение у него на лице. Ничто из этого не напоминает мне того парня, с которым я разговаривала вчера, или позавчера, или позапозавчера…

Он притягивает меня к себе, усаживая на колени. Я никогда раньше не сидела на коленях у парня. Я должна была бы затрепетать, но ничего не чувствую. Не сейчас. Я обнимаю его за плечи, и он зарывается лицом в мои волосы.

– Это должна была быть игра. – Его голос звучит глухо. Плечи трясутся.

Он что, смеется? Плачет? Я крепче прижимаю его к себе и пытаюсь заставить замолчать, но он продолжает:

– Она не прячется. Ее нет.

– Почему? – шепчу я. – Что ты не договариваешь?

Он долго молчит, прежде чем ответить: