Книги

Его желание

22
18
20
22
24
26
28
30

Сестра лишь кивает головой, без лишних слов понимая, что разговор стоит отложить на потом. Я благодарна ей за это.

Подхватываю малыша, успевшего перепачкаться песком, и с напускным усердием смахиваю крошки с его костюмчика. Сынишка недовольно хмурит бровки, а я нахожу в нем ещё большее сходство с отцом. Сердце сжимает необъяснимое чувство тоски, и я на миг проваливаюсь в вязкую паутину воспоминаний.

Глава 10

*Ксения*

(Прошлое, полтора года назад)

Я плавилась в его руках, словно мороженое на жарком солнечном пляже. Тонула в манящих омутах ониксовых глаз, с наслаждением потакала плясавшим в них чертям и напрочь игнорировала предупреждающие искры похоти, обещавшие мою погибель — такую сладкую и такую желанную.

Цепляясь пальцами за крепкие плечи Глеба, воспаряла в неизученные просторы своей маленькой вселенной, пока его умелые пальцы вырисовывали загадочные геометрические фигуры на моем обнаженном теле и умело играли с горошинами возбужденных сосков, заставляя меня стонать и ерзать от нетерпения.

Жар желания опалял мои бедра, и я с придыханием подавалась навстречу его настойчивым рукам. Царапала ногтями крепкую спину, с упоением отвечала на жадные поцелуи, сплетая наши языки в порочном танце. Упивалась нарастающим блаженством и хотела еще… еще… еще…

Закручивающаяся пружина наслаждения грозила вот-вот взорваться неимоверным экстазом, когда я замерла в руках Глеба. Чужие ладони легли на мой плоский живот, обдав мое разомлевшее сознание волнами противоречивых желаний. Дыхание перехватило спазмом страха и любопытства, и я с двояким коктейлем чувств, распахнув глаза, взирала на Глеба.

Где-то на задворках разума я прекрасно понимала, кому принадлежала вторая пара неистово ласкающих меня, рук, чьи жалящие поцелуи оставляли на шее несмываемые метки. Я даже помнила, что всего несколько минут назад сама отчаянно этого хотела. Хотела оказаться в постели с двумя мужчинами, почувствовать порочную запретность неправильного наслаждения.

Я сейчас? Что испытывала я сейчас, чего хотела?

Сердце замерло, словно давая мне возможность понять, принять или отказаться. Смотря в потемневшие глаза одного, я с удивлением прислушивалась к ощущениям, робкими бабочками парившим в животе от прикосновений настойчивых рук и жадных губ другого.

Он целовал мой затылок, слегка прикусывая кожу, прокладывал поцелуями дорожку вдоль позвоночника, мял ладонями грудь. Он наслаждался получаемым удовольствием и, казалось, не замечал напряжения, которое нарастало вокруг нас, множилось и грозило взорвать пространство непредсказуемостью дальнейших действий каждого.

А когда его пальцы, соприкоснувшись с пальцами Глеба, все еще лежавшими на чувствительной горошинке клитора, скользнули в жаркое лоно, меня словно молнией пробило. Яркое пламя протеста спалило бабочек и обожгло сознание.

Нет, нет, нет! Я не готова! Я не готова! Не сейчас! Или даже никогда!

Я отчетливо поняла, что хотела ночь, одну-единственную ночь, только с ним! С тем, чья обволакивающая тьма порочного взгляда порабощала меня, превращая в безвольную куклу. С тем, кто оставит в моем сердце огромную дыру, пройдется по душе откровенными ласками, подарившими удовольствие с послевкусием томительной боли.

Пусть эта ночь — моя ошибка. Ошибка, которую я никогда не забуду и ни за что больше не повторю… не с ним…

Я закусила нижнюю губу и с надеждой глядела в черный оникс полыхающих недовольством глаз.

— Нет, — тихо, почти одними губами выдохнула я и почувствовала, как напряглись руки Глеба, как он еле заметно дернул меня на себя, крепче впечатывая в свой торс, словно пряча в своих объятиях от непрошеного захватчика.

— Стас, нет! — Приглушенный рык прокатился по комнате опасным предупреждением.