— Сколько времени они потратят на захват виллы?
— Никакого силового захвата не будет. Приедет на «Утренней росе» какой-нибудь поверенный от Анны Сергеевны или, может, она сама лично прибудет и скажет, что контракт с компанией «Бриз» расторгнут, выплачена неустойка. Мои бойцы грузятся на кораблик и уплывают в Шанхай, им здесь больше делать нечего, их присутствие в качестве свидетелей нежелательно. Персонал виллы и экипаж «Анастасии», после подписания Софи всех документов, вместе с ней убирают. Могут имитировать расстрел виллы бандитами. Результат один и тот же.
— Если Анна Сергеевна не обнаружит здесь Софию, то не сможет получить ее подпись на документах. И людей убивать не станет. Я правильно рассуждаю?
— Правильно-правильно, давайте уже поднимать ее с постели, может счет идет на минуты.
— Софии надо собраться в дорогу, — забеспокоилась Валентина.
— Все уже давно готово, ты забыла: я — профи и даром хлеб не ем. На сборы двадцать минут. Передайте Софи, встречаемся на аэродроме.
Забежал в казарму, забросил в рюкзак остатки вещей и два стареньких мобильных телефона. Зашел к Улофу.
— Прости меня, Улоф, — сказал я начальнику с порога, — знаю, так не поступают товарищи, но я вынужден покинуть твою команду, хочу спасти дочь хозяина виллы и еще два десятка русских. — Не будет здесь Софи — никому и ничего не грозит. Через час-два будет поздно, девчонке не жить и обслуге тоже. Вас отпустят без проблем. Извинись от меня перед Леграном, если получится, сам нанесу ему визит. Пойми, я по-другому не могу поступить, я люблю Софи, а она меня. Когда прибудет жена хозяина или ее представитель, не обострять ситуацию, а постарайтесь быстро покинуть остров. Если проявят интерес к моей персоне, говори, что я гад и негодяй, совратил бестолковую девчонку, а теперь еще и смылся неведомо куда. Ребятам тоже сообщи такую версию, но в ход ее пускать без необходимости не стоит.
— Чего уж там, — нахмурил брови Улоф, — любовь удел молодых. — Уверен, что поступаешь правильно, действуй. Оружием, извини, поделиться не могу, с меня Легран голову снимет. Спасибо тебе за предупреждение и — с Богом. Если все у тебя получится, загляни к нам с женой, наилучший французский коньяк с меня. Не беспокойся, все будет хорошо.
По пути на аэродром забежал на виллу и аккуратно связал Валентину, создавая ей хлипкое алиби, вдруг Анна Сергеевна пожалуют лично и потребуют объяснений. Так хоть какая-то видимость моего вероломства и подлости.
Забежал на пост, приказал Виторио включить локатор и точно зафиксировать с записью в журнале, курс самолета. Боец недоумевающе уставился на меня, но я не стал вдаваться в объяснения, сказал, что так надо.
Софи была на месте, укладывала в салон самолета наши запасы и вещи. Забросив рюкзак, я под крыло навесил дополнительный бак, надежно зафиксировал специальными болтами и растяжками. Быстро работая ручной помпой, наполнил его. Не Бог весть, какой запас, но дополнительных триста-триста пятьдесят километров на этом баке можем пролететь, а над океаном это солидно.
Одели спасательные жилеты, а затем аккуратно вытолкали самолет из ангара на край взлетной полосы. Заняли места в самолете.
— Ну, как говорят, Бог впереди, мы позади, — повторил я свою любимую поговорку, взглянув на Софи. — Не волнуйся, моя девочка, все получится, ты смелая, и все умеешь.
— Ага, умею, — с дрожью в голосе ответила Софи. — Пристегнись, на всякий случай.
— Хорошо, пристегнусь. Ты после взлета, бери курс на Гвинею, и лети так тридцать километров, а потом встанешь на новый курс к Филиппинам.
— Зачем, эти сложности? — поинтересовалась Софи, запуская двигатель.
— Вдруг бросятся в погоню. А так мой боец документально подтвердит, что угонщик самолета направил его к Гвинее.
— Если приедут не дураки, то нашу уловку поймут сразу.
— Хоть десять минут у них отыграем и то дело, — сказал я и поцеловал Софи в щеку.