Книги

1855-16-08

22
18
20
22
24
26
28
30

  - Слушаю Вас, капитан.

  - Может быть не надо так жестоко? Ведь простые солдаты не виноваты в том, что прибыли сюда и выполняют приказ, а мы их в голую грудь пулеметным огнем, неблагородно получится.

  - Вы были на линии фронта там, в четырнадцатом, пятнадцатом годах?

  - Нет. Я в действующей армии с конца пятнадцатого, но за все время, ни разу не выстрелил в сторону противника, специфика немного другая.

  - Так вот запомните капитан. На войне нет правых и виноватых, и невиновных тоже нет. На войне есть свои и чужие. И если с помощью жестокости, в боевой обстановке, можно будет нанести врагу наибольшие потери и спасти жизни своих солдат, я без сантиментов сделаю это. Этого же требую и от своих людей. Запомните это.

  - Слушаюсь, господин полковник.

  - Ваше Высокопревосходительство, разрешите идти?

  - Идите, голубчик, и Вы - поручик. Помните, от Вас и ваших людей зависит очень многое-с. Надеюсь на вас.

  - Павел Степанович, смотрите! Какие необычные разрывы! - Позвал Нахимова Юрковский.

  - Что это? Это ваши мортиры так стреляют? - Спросил Нахимов у Ларионова, глядя в стереотрубу.

  - Это начал пристрелку Марков-второй. - Ответил за командира фон Шведе.

  * * *

   В месте, указанном Ларионовым на листке, заменившем карту, расположить огневую позицию не удалось. Отметка, оставшаяся после карандаша полковника, на местности оказалась на таком крутом склоне, что нечего было и пытаться разместить там батарею. Марков совершенно справедливо рассудив, что это не карта, приказа на размещения именно здесь нет, приказал искать подходящую позицию. Потеряли еще около трех четвертей часа, но нашли. Пехота стала рыть окопы, артиллеристы обустраивать огневую позицию. После того как орудия развернули, Марков вместе с младшим офицером батареи, телефонистами и взводом пехоты стал взбираться на Сахарную головку. Гора вполне оправдывала свое название, и добраться до вершины не удалось.

  Но и с достигнутой высоты вид на указанные батареи был прекрасным. Небольшая удобная площадка, с уклоном в пять, семь градусов на юго-восточном склоне горы.

  "Как на заказ" подумал Марков. Приказав оборудовать НП и оставив прапорщика Руденко руководить работами, командир батареи решил все-таки добраться до вершины. Упрямство не пошло на пользу, чуть не сорвавшись, порвав бриджи на коленях и оцарапав лицо, подполковник вернулся к будущему НП. Пехотинцы под руководством взводного старшего унтер-офицера, сняв скатки и сбросив с себя все снаряжение, включая поясные ремни, быстро работали малыми пехотными и взятыми из запасов батареи большими лопатами. Двоих перематывающих портянки, младший унтер, как видно отделенный командир ласкал разными хорошими словами. Некоторые солдаты работали уже и без фуражек, многие расстегнули воротники.

  - Руденко!

  - Я, господин подполковник!

  - Бросьте Вашу лопату, идите сюда.

   Подошедший прапорщик, застал командира батареи, рассматривающим работу вражеских орудий в бинокль.

  - Сколько по-Вашему орудий на батареях противника? - Как и многие фронтовики, Марков избегал называть врагов по национальности. Только "противник" и "он".