Книги

Закон Долга. С востока на запад

22
18
20
22
24
26
28
30

На знаменательное событие собралась толпа, выстроившаяся вдоль стен. Одарённые, знать, солдаты. Ставленник. Во избежание неприятностей он лично отдал приказ сдать оружие всем, кто входил на арену, желая быть свидетелем окончания дуэли, не побрезговал и обыском. Дринтаэцель стоял мрачный, будто сердцем чувствовал, что правда нынче не на стороне его народа.

Просчитано было всё до минуты, но Ира не дышала, пока текла вода. И осела на песок вместе с последними каплями.

Победа!

Лэтте-ри и Линно-ри бросились к другу, не слушая, как Альтариэн «властью, данной мне» объявляет победителя, подтверждает правду его слов, провозглашает «знаменательность дня» и в очередной раз призывает всех раскрыть глаза пошире, включить мозги и запомнить произошедшее как следует.

Терри-ти выглядел пьяным, вот-вот свалится, но ему вовремя подставили крепкие плечи. Доваль растолкал зрителей, шарахнувшихся от его рук, которые по локоть светились искрами и обтекались салатовыми струями магии. За ним следовали барон и Вакку — наконец-то они могли снова влезть в гущу событий, теперь, когда всё закончилось.

Одарённый приказал раздеть Терри-ти по пояс и занялся своим делом. Ира впервые видела его таким. Обычно отголоски боли начинали проявляться сразу с началом лечения, пальцы дрожали, кривились губы. Но сейчас Доваль лечил, будто в радость. Что-то искал, осматривал, убирал шрамы, без разбора стирая и старые и новые, а руки оставались спокойными, плечи не дёргались. И расстроил его только сам результат работы.

— Я не понимаю, что это такое, — растерянно забормотал он, поначалу себе под нос. — Похоже на болевую паутину, которая есть в любом теле. Ту, что переносит знания о поражениях хозяину тела. Но сейчас она сама источник боли.

— Разве раньше, когда вы лечили Терри-ти, этой паутины не было? — спросила Ира.

— Была! Но… Простите, Ириан, я тогда… не сильно горел желанием помогать и потому старался закончить всё побыстрее. И если честно, принял эту…

— Семя, — подсказал Линно-ри.

— Это семя за часть болевой паутины.

— Вы можете что-то с ним сделать?

— Нет. Вернее, могу попробовать приглушить боль. Пережать «паутинки». Правда не со всеми получится. Но само семя… я никогда не видел ничего подобного! Нужно понимать, как оно работает, прежде чем вмешиваться. А это не один день исследований.

— Тогда делайте что можете, Доваль.

— А дальше?

«А дальше наше дело», — раздалось вдруг у неё в голове.

— Варн!

Зрители вжались в стенки. На арену опустились ящеры. Варн, Крац, которого Ира не ожидала, но, оказалось, была рада видеть, и незнакомый самец. В лапах они держали необычной формы скорлупку, по форме напоминающую глубокую советскую чугунную ванну с ручками. Без крышки и шеста. Этакий казан гигантских размеров. Натуральная кастрюля.

Со старшими на песок опустились моментально сменившие облик ящерята.

Ира не смогла сдержать восторга. Детёнышей нир-за-хар она видела впервые. Они переливались, как дискошары, переглядывались, вели оживлённую цветовую беседу. Самец и самочка. Оба кислотно-зелёного оттенка, без полос или пятен, если не считать разговорного перелива. Волосы ещё не успели отрасти и прилипали к лицам, сочившимся влагой.