— Я думал… я думал, может быть, мы…
— Пойдем, Ванда, — позвала одна из девушек, перебивая Дэнни в самое неподходящее время. — Парни сметут всю пиццу, если мы не успеем.
— Подождите! — крикнула в ответ Ванда. — Понимаешь, мне и в самом деле нужно идти, — сказала она Дэнни.
— Но я думал, может быть, мы сможем…
— Ванда! — снова позвала девушка.
— Неужели это не может подождать? — И Ванда не стала дожидаться ответа. Она просто улыбнулась своей очаровательной улыбкой и повернулась, намереваясь присоединиться к своим подругам.
Дэнни уже собрался уходить.
Всегда существует завтра. Наступает новый день, и приходит новая надежда. Еще одно занятие, может быть, несколько поцелуев украдкой в минуты слабости девушки.
Может быть, даже еще одно свидание, если ему повезет.
Но Дэнни Будроксу никогда не везло. Он всегда всего добивался в своей жизни упорным трудом. Когда Дэнни захотел новый сверкающий велосипед в начальной школе, то для того, чтобы заработать деньги, он скосил десять газонов субботним днем. Потом в течение всех четырех лет средней школы он старательно учился, чтобы получить стипендию; в колледже он также работал не покладая рук, чтобы получить отличный средний балл и обеспечить себе прекрасное будущее. Если Дэнни хотел что-нибудь получить, он добивался этого.
Видимо, на этот раз тоже нет другого способа, признался себе юноша, наблюдая за Вандой. Это поразительное открытие родилось в его голове, когда девушка, которую он так долго хотел, снова уходила от него.
Что же Дэнни мог предпринять на этот раз? Ему нужно было бы добиваться Ванды с тем же старанием, с которым он добивался всех своих побед. А вместо этого Дэнни сидел без дела и ждал. Ждал, когда девушка заметит, как он заботится о ней, какой он прекрасный друг — преданный, трудолюбивый, с обеспеченным будущим. Дэнни ждал чуда, потому что Ванда не видела того, что не лежало на поверхности. Она видела только его не слишком мускулистое тело и очки, которые делали его похожим на смешного филина. Девушка и не могла увидеть ничего другого. А Дэнни кроме своей небольшой импровизации, в ходе которой он пытался вызвать ревность Ванды, выдавая Веронику за свою бывшую, но все еще влюбленную в него подружку, никогда ничего не предпринимал. Поэтому юноша и не мог открыть глаза любимой.
Он все понял и пошел за Вандой. Пальцы Дэнни обхватили ее запястье.
— Это не может ждать, — сказал он, а потом заключил ее в объятия и поцеловал прямо в переполненном студенческом клубе. И что было гораздо важнее, он сделал это в присутствии ее подруг и не колебался ни секунды. Дэнни совсем не боялся, что она ответит ему пощечиной, свернется от него, отменит их ночные занятия и прекратит с ним всякие контакты.
Он не хотел быть другом Ванды и товарищем по учебе, а иногда любовником, когда никто не смотрел на них, когда она была в настроении и расположение планет было благоприятным. Дэнни хотел большего.
Юноша стал воплощать свою мечту в жизнь — все-таки он был человеком действия. Дэнни всегда был им, но только не понимал этого. Но теперь… Спасибо Валентину Тремейну, сейчас он нашел что-то новое в себе — уверенность в отношениях с женщинами.
Губы Ванды в первое мгновение приняли форму буквы «О», но потом девушка расслабилась, уступая настойчивому требованию его языка. Дэнни целовал ее, вкладывая в поцелуй два года страсти и желания.
Все закончилось так же быстро, как и началось. Дэнни отстранился и отпустил Ванду. Девушка стояла покачиваясь и изумленно смотрела на юношу, забыв о своих подругах, которые во все глаза наблюдали за случившимся, и о шумной аудитории у нее за спиной.
Ванда забыла обо всех, кроме Дэнни.
А юноша тем временем улыбнулся и отправился по своим делам.