Книги

Трактирщик

22
18
20
22
24
26
28
30

"Э, он бы лучше спросил, что мне не нужно — ей-ей быстрее бы вышло перечислить"…

— Во-первых, мастер Ян, я хочу крепкое клеймо в виде креста над чашей, чтобы пометить всё имущество. Во-вторых, на кухню требуются сковородки…

Перечисление заказываемого оборудования и рисование набросков вида некоторых предметов отняли у меня больше часа. После того как мы ударили по рукам и полторы марки задатка перешли в кошель железных дел мастера, я, весь на позитивных эмоциях, расстался с ним до вечера и вновь переступил свой порог. И остановился. Комната, пропитанная бульонным ароматом, явно могла бы утонуть в тумане от парящей посудины с уваривающимися куриными костями, если бы я ещё полчаса провёл в кузне.

На полу в луже воды валялись осколки глиняного горшка, которые торопливо подбирал Зденек, а юная девушка, только переступившая подростковый возраст, вытирала тряпкой получившийся "водоём". Услышав, как открылась дверь, эта парочка резко "подорвалась", причём оказавшийся частично под столом ученик ухитрился с таким стуком хрястнуться затылком, что я всерьёз обеспокоился за целостность столешницы.

Девушка стояла выпрямившись, словно лозинка, серые глаза испуганно блестели под выбившейся из-под платка блондинистой прядью. Вскинутые к полной груди руки с засученными по локоть рукавами судорожно сжимали ветхую ряднину, с которой стекала вода. Ёлочки точёные! Это ж надо — такая красота в моём доме!

Несомненно, красота — облагораживает. Но лицезрение прекрасной девушки пагубно влияет на состояние организма: ни с того ни с сего вдруг стало жарковато, в висках ощутимо запульсировала кровь, морда лица непроизвольно попыталась расплыться в идиотской улыбке. Сразу захотелось петь, и вообще — сотворить что-то хорошее.

"Э, брат Максим, это не дело! С чего я на девчонку уставился, как на картину? Даже и не думай ничего: не поймут! Она — здешняя, хоть и из бедной семьи, а ты покамест — чужак приблудный, да ещё и иноземец… Никто за такого дочку не отдаст, а насчёт внебрачных отношений, если верить читанному в прежнее моё время, здесь вообще строго… Могут и того-с… Нанести непоправимый вред здоровью… Лучше сделай морду кирпичом, пока в полумраке никто твоей дурацкой лыбы не заметил".

— Простите, пан мастер! Это получилось не нарочно. Сейчас мы с Дашкой всё приберём! — Голос Зденка отвлёк меня от прекрасного зрелища. Ну что же, сам виноват: не нарушай гармонию! В три шага я оказался рядом и "от всей пролетарской щедрости" отвесил разгильдяю звонкого "леща".

— Вот накажу — и прощу. Посуда денег стоит. Продолжай приборку!

Мгновением позже я уже уходил от летящей в лицо мокрой тряпки, рефлекторно ставя блок левой и перетекая в сторону.

— Не смей бить моего брата! Ай!

Мокрая ряднина с чавком шлёпается на каменный пол, а девушка невольно оказывается согнутой пополам с вывернутой за спиной конечностью. Рефлексы, чтоб их! Хотя… выглядит она в этот момент весьма… Ну, вы понимаете.

Тут же отпускаю юную агрессоршу, во избежание новой атаки отшагивая в сторону. Впрочем, ни о каком нападении красавица уже не помышляет, бережно нянча левой рукой слегка пострадавшую правую. Зденко — молодец какой! — схватился за лежавший на столе нож. Сестрёнку обижают! Правильно, так и надо: Род — это святое.

Совершенно спокойным голосом — никакой агрессивности и крика! — расставляю точки над "i":

— Так, дорогие мои. Ну-ка, тихо, тихо. Спокойно. Никого я не бью — я воспитываю. И буду воспитывать, чтобы из разгильдяя сделать мастера! И никому не позволю мешаться в процесс! Ясно тебе, ученик? Кстати, нож можешь пока что положить на место, он скоро понадобится.

— Ясно, мастер…

— А ты, красавица, прекращай тут руками размахивать! Ишь, развела матриархат, амазонка!

Выходит, ты и есть дочка пани Костековой?

— Да! Я всё матушке расскажу!