— Тряпка! Не в меня, в отца своего пошел! Простокваша, а не мужик был! И сын такой же!
— Да ведь рядом с тобой кто угодно прокиснет, — зло буркнул Кеша. — Поменьше бы по башке ему стучала, небось покрепче был бы!
— Та-ак, — задумчиво протянул Марше, наблюдая за реакцией пожилой женщины и мужика. — А это, похоже, тот самый мужик, который и приезжал из усадьбы… Кещщщя? — Он смешно прошипел на этом имени, однако ни у кого и тени веселья на лице не выразилось, потому что Марше, несмотря на фривольность позы и легкость речи, внушал страх. — Итак, одного соучастника похищения мы нашли. Однако я по опыту знаю, что русские мужики чрезвычайно глупы, у них неподвижный ум, а тут поработал человек хитрый… Кто это сделал, господа? Избавьте меня от необходимости делать то, чего мне не хочется, — бить женщин, например!
При этих словах зеленый глаз скосился на Лидию и весело ей подмигнул, как бы говоря: ну уж тебя-то это точно не коснется! Но в следующее мгновение насмешливый зеленый глаз изумленно расширился, потому что Лидия поднялась с кресла и шагнула вперед. В то же мгновение рядом оказался Алексей.
— Это сделал я, — хрипло проговорил Алексей. — Моя невеста, — он кивнул на Ирину, — тяжело больна, ее жизнь под угрозой, ей был нужен доктор.
— Он оставался дома! — выкрикнула Лидия, безотчетно прижав ладонь к сердцу — так больно отдалось в нем слово «невеста». — Это я ездила в деревню.
Марше забавно выгнул бровь. В его лице отчетливо видно было недоверие.
— Вы? Хотя от вас всего можно ожидать, но…
— Мое платье до сих пор валяется в моей спальне, — сказала Лидия. — Можете посмотреть — оно все грязное и в сене. Такова же моя черная… — Она запнулась, потому что не знала, как будет слово «епанча» по-французски. — Таково же мое черное manteau.
Манто, о господи! Лидия с трудом сдержала судорогу нервического смеха.
— Ваше платье валяется в вашей спальне? — мечтательно повторил Марше. — Насколько я помню, вы вечно в сене, дорогая Жюли. То же было и при нашей прошлой встрече, когда вы так коварно от меня улизнули. Но сейчас я вас не упущу, нет! Вы предлагаете мне пройти в вашу спальню, чтобы посмотреть ваши туалеты… неглиже… а там, возможно, дойдет и до дезабилье, дорогая Жюли? О, вы сулите мне соблазнительные сны! Ловлю вас на слове.
Алексей дернулся было, однако Лидия ногтями впилась в его руку, удерживая.
Марше, еще выше подняв свою рыжеватую бровь, с любопытством созерцал эту мизансцену.
— Сташевский, кто вас увез? — спросил он с усмешкой. — Эта дама или этот бравый гусар?
Лидия чуть не ахнула. Как это говорил доктор? «А у Алексея вашего на лбу аршинными буквами написано, что он офицер и, конечно, гусар…» Чертов Марше! Из тех, кто иглу в яйце увидит!
— Ну, Сташевский! — уже резче окликнул лейтенант.
— Я не разглядел, — дипломатично ушел от ответа доктор.
— Ага, значит, вас все же похитили… — захохотал Марше. — Вот и попался!
Сташевский даже оскалился от злости.
— Мсье лейтенант, это сделала я, я… — твердила Лидия, подходя ближе к нему и чуть склоняясь в поклоне. Взгляд Марше с удовольствием уперся с ее довольно глубокое декольте.