— Конечно. Кого-то можно и в нашу веру, но равными им все равно не быть. Баб в наложницы можно. С этим зверьём можно обращаться как мы и всевышний пожелает.
— А где та, с которой я вчера приехал?
— Где-то в загоне. Не знаю. Нравится?
— Хороша.
— Ага, хорошее мясо для ебли.
— Какие у нас планы?
— Сегодня прибудут ещё братья, оденем, вооружим. А завтра, с утра на дело. Нести слово всевышнего. Как это делали христиане на нашей земле сотни лет назад.
— Я готов Али, я хочу убивать.
— Держи свою ярость для неверных. Близится наша эра брат. Но если нужно выпустить пар, то можем сегодня прокатиться.
— Куда?
— А по дороге. Пострелять по кому ни будь.
— Отличная мысль. Собери ребят.
Азамат и Али вышли из ангара и направились к скучковавшимся у оружейки новоявленным боевикам. Желающих выпустить по магазину набралось на целых два Урала.
Собрав бригаду боевики выехали на каширское шоссе и направились по направлению к городу. Первыми на пути оказались две легковушки набитые людьми и багажом. Расстреляв обе машины они собрали то, что могло быть полезно и направились дальше. Попавшийся по пути автобус боевики принялись сперва осматривать. Внутри сидело два десятка человек, все пожилые люди и не представляли никакой опасности однако чувство безнаказанности вперемешку с религиозным фанатизмом сводит людей с ума. Единственного человека который мог хоть как-то ответить боевикам, а именно водителя Азамат пристрелил в первую же минуту.
— Азамат, не трать патроны. Есть идея получше. — сказал Али.
Заблокировав двери боевики перерезали топливный шланг автобуса и подожгли вытекающее топливо. Под смех, крики «аллаху акбар» и «сдохни русня» они смотрели как беспомощные старики сгорали заживо.
Следующими на их пути оказались полицейские на уазике. По ним огонь вёлся особенно сильно. И даже одиночные выстрелы из пм в ответ заставляли всю шерстяную банду прятаться и выжидать. Только закидав полицейских гранатами они осмелились выйти. Все ещё живых, но раненых полицейских решили использовать как символ устрашения и новой власти. Младшего лейтенанта повесили на дорожном указателе, а сержанта обезглавили посадив обезглавленное тело в более менее естественную позу у машины, а отрубленную голову расположив на капоте.
Навеселившись и упившись кровью ублюдки направились обратно в свой лагерь.
Николай Романов.
Коля с группой затаренные оружием и боеприпасами уже свернули на Ленинградку и втопили по свободной трассе. Из магнитолы играл рок, а в голове спокойствие за то, что теперь они могут полноценно за себя постоять. Но вскоре Николай начал тормозить. Авария впереди мешала проезду. Не менее десятка машин в разном состоянии были раскиданы по трассе. На самом подъезде к месту группа остановилась.