Книги

Рождение Богов

22
18
20
22
24
26
28
30

– Спасибо, отец!

Тофон заботливо коснулся ее руки:

– Ну что? Может, все-таки похлебку? Или хотя бы оливки с сыром?

Девушка осторожно улыбнулась:

– Ну хорошо, давай оливки с сыром… И лепешек побольше!

2

После завтрака Пандора спустилась во двор. Она не находила себе места. Уже который раз девушка проходила мимо запертого на прочный засов хлева, где пару лет назад держали свиней. Теперь старый хлев стал тюрьмой, и ленивый Тимокл изображал из себя сурового тюремщика.

Из-за двери донесся приглушенный стон.

Тимокл, глядя на Пандору, с нарочитой злобой пнул ногой дверь:

– Стони-стони! Мерзкий предатель! Чтоб ты сдох!

Пандора не выдержала и подошла ближе.

– Открой, – приказала она тихо.

– Да ты что, госпожа! – ошалело пробормотал Тимокл.

– Я сказала: открой!

– Но хозяин… – Тимокл запнулся. – Господин Тофон велел никого туда не пускать…

Пандора с прищуром посмотрела на охранника. В ее взгляде было что-то такое, от чего у Тимокла быстро пропало желание перечить.

– Слушаюсь, госпожа!

Слуга схватился обеими руками за засов и с усилием потянул его. Засов медленно, со скрипом сдвинулся. Тимокл неловко крякнул и распахнул дверь. На Пандору пахнуло сладковато-тошнотворным запахом застарелого навоза и запекшейся крови. Алексиус бесформенным кулем валялся на куче прелой соломы. Он хрипло дышал, с трудом глотая воздух. По лицу раба ползали жирные зеленые мухи. При появлении Пандоры мухи нехотя взлетели и, назойливо жужжа, стали кружить по темному хлеву. Глаза Алексиуса заплыли, изорванный хитон почти не закрывал его тело. Он был весь вымазан в грязи, крови и навозе.

Пандора застыла, глядя на эту картину, не в силах пошевелиться. Почувствовав отвратительные спазмы в животе, она выскочила во двор и сделала несколько глубоких вдохов.

Тимокл осклабился:

– Ну что, госпожа, налюбовалась? Закрывать?