— Ты предлагаешь себя в этой роли? — ладно, откровенность так откровенность. — Вот так сходу?
— А я просто хорошо сопоставляю, — её ничуть не смущает еда во рту и необходимость жевать во время общения. — И у меня есть диагноз конкретно по твоей ситуации. Просто хочу, чтобы кое-какой шаг ты первым сделал.
— Занятно.
— Я женщина. Непростая, да, и могу помочь конкретно тебе. Но если я буду это делать по своей инициативе, тогда я буду мужиком. Попроси хотя бы, а?
Дилемма буриданова осла: морковка или вода?
— Слишком быстрая метаморфоза. Я тебя не узнаю.
— А ты давно и хорошо меня знаешь? А-а-ха-хах. Ладно. — Она залпом выпивает следующий кофе. — Барласов, ты оценил, что я тебя обхаживаю, совершая служебное преступление?
— Это какое ещё? — и как тут не вспотеть.
— Ты же дикий. С очень необычным ритмом, неловленный мизер, но — дикий. Из твоего муниципалитета именно это и прошло по одной интересной рассылке.
— Что за рассылка? — интересно, есть ли смысл и дальше держать покер-фейс.
— Для серьёзных чинов разных регионов, но неофициально.
— А ты каким местом к тому чату? Точнее, помощник заштатного районного прокурора в твоём лице?
— А у меня папа есть, как и у твоей Ельцовой, — безмятежно сообщает Федорцева. — И я тоже не сирота. На, почитай на сайте юстиции.
#_ссылка
*****
Кормили тут как всегда отлично. Мясо, овощи — чистейшей воды органик, никакой синтетики.
Шурик, судя по его виду, после её откровенного подката никак не мог расслабиться: даже свой пятый по счёту девятый номер кофе (за немалые деньги) заказывал так, словно отбывал повинность.
У богатых свои законы, хмыкнула она мысленно.
— Да завязывай ты напрягаться! Если бы я захотела — ты бы уже давно в тюряге чечётку отбивал.
Он вместо ответа положил на стол именной пропуск в Золотой Квадрат, выданный Ельцовыми.