— Далеко? — мгновенно раздался совиный голос, — ты сидишь в комнате, а адептка Тримеер отправляется к главе службы безопасности, адепт Дейдрис проводит.
— А почему мне нельзя в гостиную? — спросила Элиза, — там достаточно адептов, ничего со мной не случится.
— Да нет конечно, — согласилась совушка, — просто сегодня пятый курс перебьется без факультетской гостиной. Только что седьмой курс весь в слезах, соплях и губной помаде ввалился ко мне в кабинет, жалуясь на нахалят-младшекурсников не позволяющих им посидеть и пообщаться в гостиной. Пришлось пожалеть, — вздохнула сова, — они в кои-то веки собрались, пусть посидят, а завтра вы там обоснуетесь, вместе с пятым курсом. И поиграете, и чаи погоняете и пообщаетесь. Вам же веселее будет, пятый курс у нас шебутной, вы такие же найдете общий язык.
— Ну и ладно, — согласилась Элиза, — буду в комнате сидеть и книгу читать. А как вернешься, так и спать ляжем.
* * *
— Сеструня, ты готова? — после стука в дверь просунулась голова Северуса, — пошли сдаваться главе СБА, что ты натворила? Рассказывай, я весь во внимании.
— Пока только готовлюсь натворить, и хочу сразу выяснить под какое количество статей уголовного магического законодательства могу попасть, — поведала я открывая дверь на улицу, которая встретила нас темнотой, разгоняемой светящимися окнами нашего жилого корпуса.
Мы шли по дорожке мимо нашего дома по направлению к ректорскому корпусу, где на первом этаже за неприметной дверью располагалась служба безопасности Академии.
— На самом деле что случилось? — уточняет Северус, а навстречу нам спешат адепты с боевого факультета, — ты глянька, радостные какие и все почему, их вместо нас в гостиную факультета запустили. Плаксы несчастные, а не девки. Накапали себе в глаза дряни какой-то и пошли ректора измором брать, типо слезы у них от обиды текут, ага. Я к тебе направляюсь, а они в гостиную несутся и где их слезы? Все счастливые с тарелки, чашками.
— Да ладно, пусть. С нас не убудет, завтра посидим, — пытаюсь отстановить его словоизлияние, да не тут то было.
— А ты их не защищай, не стоит, — нравоучительно произносит староста и открывает передо мной дверь в ректорский корпус, — вот и пришли. Слышишь? Пищит кто-то.
Он закрыл обратно дверь и в руке вспыхнул магический фонарик, у нас все адепты с ними щеголяют, оригинальная такая вещичка в виде палочки волшебной. Колдовать бесполезно, но вот пофорсить друг перед другом самое то. Метрах в пяти от крыльца на обочине дорожки сидел небольший котенок.
— Ничего себе, ты только глянь он же замерз. Иди малыш сюда, — позвола я и взяла в руки. Он и правда тресся от холода, прижав его к пальто мы возвращаемся к крыльцу и вот тут началось. Котенок изо всех сил стал вырываться, орать и царапаться.
— Погоди Виданка, — Северус достал из кармана толстые рукавицы и забрал котенка из моих рук, — открывай дверь, сеструня. Сейчас мы с нашим махоньким озорником пойдем в СБА.
Котярка сделал попытку вырваться, не удалось. Укусить, меховые рукавицы не поддались и дернувшись для порядка рыжий озорник замер.
За неприметной дверью стояла тишина, в освещенном коридоре, по сторонам которого располагались двери, сидел молодой сотрудник. Он поднял голову, когда мы открыли дверь и вошли.
— Вас ожидают, адепты. Последняя дверь справа, — объяснил он и уткнулся в книгу, но тут же резко поднял голову и его взгляд уперся в рукавицы Северуса, котенок фактически слился с ними.
— И где вы его подобрали? — спокойно так произнес сотрудник и неожиданно чуть согнул плечи, короткие волосы пепельного цвета встали дыбом и оборотень зарычал.
Я онемела, у Северуса стали квадратные глаза, а котенок всхлипнул от ужаса и на пол потек ручеек. Сотрудник выхватил его из рукавиц и держа за шиворот поднес к своему лицу. И тут котенок закрыл глаза.
— Что и требовалось доказать, — хмыкнул оборотень и бросив котенка на свой стул резко выдал заклинание. На стуле сидел, всхлипывая и опустив голову, адепт Ахорн.