По будильнику я встал рано — и сразу почувствовал себя полным сил и готовым к борьбе на все сто процентов. Сделал свою обычную зарядку, растолкал Бена, и, когда за нами зашёл его инженер, мы направились вниз на завтрак.
Настроение за столом «Хайтека» было в целом приподнятое. О предстоящей гонке почти не говорили, и было отчего: все столько работали в последний год и так задолбались в попытках достичь идеала, что хотелось просто уже узнать, чего мы в итоге добьёмся. А чего именно — не важно. Ведь мы-то знали, что сделали всё, на что были способны.
Затем, как обычно, взяли нужные вещи, расселись по машинам и поехали на трассу. Благо было недалеко.
В паддоке пилоты, включая меня, ответили на пару вопросов от прессы, привычно накормив репортёров общими фразами. Добрались до моторхоума и там устроили небольшой брифинг с инженерами. Вкратце обсудили командные роли и мелкие моменты по вождению, переоделись и отправились на пит-лейн.
Механики к тому времени закончили предварительную доводку болидов перед стартом. Сегодня пальцы у меня не были деревянными, поэтому я быстро справился со шлемом и забрался в кокпит.
Проверили рацию, затянули ремни, надели фиксирующий воротник для шеи. Я раскочегарил двигатель и после отмашки вырулил на дорожку вдоль боксов, пристраиваясь в хвост очереди, собравшейся у светофора.
Наконец загорелся зелёный сигнал, и машины стали друг за другом выезжать с пит-лейна.
Заключительный этап сезона европейской «Формулы-3» подошёл к своей кульминации.
Сегодня я стартую восьмым: мой второй быстрый круг в квале составил 1:32,264. По-хорошему поул был бы у Джорджа, но, увы, во всём виноват двигатель, и британец лишь одиннадцатый на решётке.
Но и Стролл-то не первый. После пяти поул-позиций подряд — столько в сезоне было ещё только у Гюнтера — лидеру «Премы» улыбнулась неудача и аж три пилота (Эрикссон, Хьюз и Айлотт) показали время лучше, чем он. Ненамного — примерно на одну десятую, но, как говорится, важен факт.
Так вот и получилось, что я стою на стартовом поле всего лишь в двух рядах от ненавистного мне претендента на титул.
Между нами Лиза, повторившая с точностью до тысячной мой время в первой квалификации — 1:32,231. Ох везёт нам с секундомером, ох везёт. Но лучше бы всё-таки везло немного в другую сторону.
Я смотрю на девушку в жёлто-чёрном трико с логотипом Deutsche Post на спине (напоминает, кстати, одежду главной героини из «Убить Билла»), которая держит за длинную ножку табличку с моим именем и позирует передо мной оператору. Потом оператор подходит ненадолго ко мне, и я показываю в камеру кольцо из пальцев. Большой палец, я помню, сейчас должен показать Камара, а повторять за кем-то подобные мелочи я не люблю. Всегда нужно как-нибудь выделяться.
— Готов? — спрашивает по рации стоящий рядом Патрик, наблюдая за тем, как все начинают покидать стартовое поле.
— Готов, — отвечаю я и гляжу вперёд.
Страха нет. Волнения тоже. Ясная голова и неудержимое желание снова показать свою скорость.
Кам он, бэби. Я сделаю это.
Зелёные огни — прогревочный круг.
Гоночная траектория — чётко видимая извилистая полоса на асфальте, более светлая на прямых и почти чёрная от резины перед поворотами. Линия, отклониться от которой — немалый риск, но вместе с тем и непременное условие успеха.
Нельзя обогнать, когда едешь за кем-то. Для этого нужно как минимум хотеть быть впереди.