Книги

Маркиз и маркиза Ангелов

22
18
20
22
24
26
28
30

Мужчины, включая маленького непоседу, занимались окончанием установки и монтажа подвесной дороги на две кабинки. Но впереди еще маячила установка парковочной будки наверху и площадки для высадки внизу ее.

Но спускаться на берег под скалой и подниматься наверх уже стало можно. И Миша с Клодом по очереди принимали работу французских инженеров, работавших на австрийскую фирму.

Завтра они уедут, а нанятые ими рабочие закончат строительство маленького помещения на скале и обустройство каменной кладкой небольшой площадки самостоятельно. Что там строить – кабинки два на два метра на пляже и на скале. На это уйдет еще дней двадцать.

Софья в этот момент снова уселась на вращающееся кресло, все еще пахнувшее обработанной специальным составом кожей, в своем кабинете. И перед ее глазами на много километров не было ничего кроме моря, перелезавшего, казалось, на небо. Сплошное остекление верхней части башни, где кабинет располагался, создавало иллюзию, что находишься на небе. И эта синяя идиллия, ассоциация «небо – судьбы» навела Софью на мысль, что пора проверить в компьютере почту. Ей на мейл уже должны бы прийти гороскопы, заказанные несколько дней назад по электронной почте на всех членов семьи и близких знакомых.

Тогда она провела опрос близких, выяснила, в какой час дня родился каждый из тех, кто станет персонажем ее книги «Астролюдия».

Софья собиралась предсказанные в натальных картах события жизни и черты характера всех, кто из ее окружения, изложить в художественной форме и «свести» в единый сюжет.

Ей даже на минуту пришла в голову мысль, что именно этим, быть может, занимаются на небе не только в ее кабинете. Ведь «человек предполагает, а Господь располагает».

Гороскопы, выполненные за немалые деньги знаменитым астрологом, и впрямь оказались во входящих сообщениях ее почты.

Первым, естественно, Соня открыла свою натальную карту. Оправдывала свой эгоизм она тем, что на своем гороскопе имела возможность проверить верность предсказанных событий. Свое-то прошлое ей известно в деталях.

Как раз былые события оказались очень достоверными. Но по карте выходило, что выйти замуж она должна была «за человека из своего детства», а, значит, не за Павла, а за Рината.

Но один поспешный шаг в сторону от намеченного пути – и столько горя пришлось пережить Соне! Но не будь садиста Павла в ее жизни, Соня бы не взмолилась о «своем мужчине», и Ангелы не привели бы к ней Клода!

У Софьи возникла уверенность, что судьба ее изменилась по сравнению с первоначально предначертанной. Но она, все же, решила дочитать гороскоп до конца.

Но когда дошла до момента, что она умрет при родах, ее сознание будто резко остановилось, словно наткнулось на высокий порог.

Соня впала в такой же ступор, как и после гибели в автокатастрофе матери и отца. Она уставилась, не моргая, в сине-голубую даль. В голове ее было пусто, а сердце билось, как рыба в сети, от навалившегося страха.

А вдруг жить ей осталось только несколько месяцев. Рожать предстояло в августе. «Львят» по знаку Зодиака. Сейчас уже март – значит, на все про все у нее осталось, может быть, чуть больше пяти месяцев!

И, возможно, это время дано ей для того, чтобы написать что-то вроде художественного завещания своим детям, представить их жизнь и жизнь Клода без нее самой!

Но как раз гороскопы не рожденных близнецов она пока не могла заказать астрологу – точную дату родов и, тем более, время дня, когда она разродится и…умрет, – заранее не угадаешь.

Но Софья решила попробовать узнать хоть приблизительную дату родов у своего гинеколога, к которому ходила в Москве две недели назад. И на эту дату заказать своим будущим сиротинушкам их натальные карты, которые превратятся в роман об их будущем без нее.

Она так и сидела за столом с отсутствующим выражением лица, когда ей позвонила как раз та самая гинеколог, с которой она сама решила поговорить.

Этот разговор организовал в срочном порядке Ангел Софьи, метнувшийся в Москву к Ангелу Серафимы Андреевны. Врач эта была довольно элегантной и стройной старушкой лет семидесяти, пропахшей дорогими духами с ароматами фантазийными, ничего общего со стариковскими запахами не имевшими.