Книги

Лучший из мужчин

22
18
20
22
24
26
28
30

– В любое время можем повторить.

Когда Джоуи ушел, Айви присела рядом с Гриффином на диван.

– Он хороший парень, но ему пришлось через многое пройти, – сказал Фарго.

Айви прислонилась к спинке дивана и слегка запрокинула голову. Теперь Гриффин видел ее длинную шею.

– Очень мило с вашей стороны, что вы пообещали навестить его отца. Сейчас парнишке очень нужно, чтобы кто-то подставил ему плечо.

– Джоуи еще ребенок, – проговорил Гриффин. – Он приходит к своему отцу в дом престарелых каждый день. И просто невыносимо видеть, с какой надеждой Джоуи вглядывается в лицо этого больного старика, ожидая, что тот все-таки его узнает. Я взрослый человек, но и для меня общение с моим отцом было тяжким бременем. Представляю, каково это парню, еще не вышедшему из школьного возраста.

– Сочувствую вам. Конечно, это очень непросто. – Айви вздохнула. – Да и на долю вашего отца выпало тяжелое испытание. Вы с ним были близки?

Гриффин пожал плечами. Перед его глазами снова предстал отец, такой, каким он был в молодости, – высокий, стройный, потрясающе красивый. И что от него потом осталось? Какая-то скорлупа… Вот Фредерик Фарго идет по дороге, вот он обращается к нему, Гриффину. Он так говорит, будто отдает приказы интерну в больнице. Гриффина трудно было чем-то испугать, он всегда был готов к худшему. И если что-то случалось, то обычно это еще не было тем худшим, чего он ждал. Но произошедшая с отцом перемена потрясла его до глубины души.

– Не так, чтобы очень, – сказал Гриффин. – Откровенно говоря, близости между нами не существовало.

Айви посмотрела на него и понимающе кивнула.

– А вот Джоуи, похоже, близок с отцом. Когда я была подростком, мне очень хотелось поговорить с кем-нибудь о моем отце. Его холодность и равнодушие приводили меня в отчаяние.

На этот раз Фарго осмелился взять Айви за руку. А потом, даже не думая о том, что он делает, Гриффин вдруг наклонился к ней и поцеловал в губы. И это был отнюдь не дружеский поцелуй. Айви удивилась, Гриффин почувствовал это. Почувствовал он и ее колебания, неуверенность. Но потом она ответила на его поцелуй. Сначала робко. А потом пылко, со страстью.

Гриффин на мгновение отстранился от нее – для того, чтобы заглянуть в ее глаза, чтобы дать ей время на решение. Айви склонилась к нему, ее губы почти коснулись его рта. Это было приглашением. А именно этого он ждал и на это надеялся.

Он осторожно положил ее на диван. В его поцелуе появилась горячность. Ее мягкие прохладные руки обвили его шею, заскользили по его волосам, ее тело слегка выгнулось ему навстречу. Гриффин засунул руки под ее свитер и быстро расстегнул бюстгальтер. Любопытно. Гриффин ожидал увидеть обычный белый лифчик, но он оказался кружевным, светло-розовым, с усеянными крошечными розовыми бутонами бретельками. И от него пахло ее духами, он пах Айви.

Потом Гриффин потянул вверх ее свитер и прикоснулся руками к полной белой груди. Еще мгновение, и Гриффин практически сорвал с Айви этот свитер. Она улыбнулась, и он поцеловал ее. И снова она удивила Гриффина – Айви вдруг села и оттолкнула его от себя. Он лег на спину, и Айви опустилась на него сверху. Ее обнаженная грудь прижалась к его телу, ее бедра легли на его бедра. Из горла Гриффина вырвался глухой стон, и он с силой сжал ее руки. Их глаза встретились. Он знал, что именно говорил ему ее взгляд.

У них был выбор.

Они могли бы сейчас остановиться и снова начать обсуждать расследуемое Гриффином дело, строить различные версии того, где мог теперь находиться Деклан и что он затевал. Они бы стали говорить о его невестах. И это помогло бы. Это оказало бы эффект «холодного душа». Или… или они могли бы заняться любовью.

«Я хочу любить тебя», – говорили глаза Айви. Вместо того чтобы остановить это безумие – а это было именно безумием, – Айви стала расстегивать его рубашку, ее глаза по-прежнему пристально смотрели в его глаза. В тот момент, когда ее руки прикоснулись к его обнаженной груди, Гриффин полностью потерял способность рационально мыслить и контролировать свои эмоции. Сейчас он мог только чувствовать. Чувствовать прикосновение ее полной мягкой груди к своему телу, чувствовать ее губы, накрывшие его рот, ощущать собственную эрекцию. Через несколько секунд они уже освободились от своих брюк. Гриффин с восхищением смотрел на ее изящное тело, на совершенной формы выпуклости и впадинки. Трусики Айви оказались такими же сексуальными, такими же соблазнительными, как и ее бюстгальтер. Светло-розовые и кружевные. Гриффин быстро стянул их с Айви и обнаженный лег на нее сверху. Его язык стал играть поочередно с каждым из двух розовых бутонов, и Айви застонала. Этого Гриффин уже не мог вынести.

Он вошел в нее, сначала осторожно. И посмотрел ей в лицо. Она открыла глаза, слегка приподнялась и поцеловала его. Затем ее веки опустились, и она снова застонала. Следующий его толчок был уже сильным, его руки и рот стали ласкать ее грудь. Когда стоны Айви сделались частыми, яростными и какими-то отчаянными, Гриффин почувствовал, что больше не в силах выносить эту пытку наслаждением. Его тело вздрогнуло, изогнулось, и через мгновение он рухнул на Айви. Ее сердце колотилось в груди как сумасшедшее.

– Это было восхитительно, – прошептал он ей на ухо.