— Стой… Стоять, чертов трус! — рычал Горский, продолжая палить на бегу.
Его магия стала слабее. Запас силы был тоже не бесконечным. Понимая это, решил его измотать. Ускорился, насколько возможно, чуть не выплюнув лёгкие. Сделал пару петель, чтоб «запутать следы». Впереди оказалось поваленное деревце с пышной кроной. Не знаю, кто его завалил, вроде тяжёлых ударов здесь не было. Но сейчас наплевать!
Вместо ненужных мыслей, подпрыгнул, что было сил и перелетел через крону. При этом упал, отбив зад. И где тот эффект после зелья, когда мог прыгать с высоты дома, не боясь сломать кости?
— Ай, дархс! — крикнул я, понимая, что все катится к черту.
Тут заметил пистолет, лежащий совсем рядом. Сзади послышался рык. Горский попал мне в спину своим зарядом. Но я лишь растянулся на брусчатке, так как магия папаши окончательно сдулась.
— Все, молись, сучий потрох! — орал Павел, продираясь через крону декоративного дерева.
Он быстро пошел на меня, желая растоптать хрупкое тело, как мелкое насекомое.
— Молюсь, и прикинь, помогает! — резко бросив в ответ, перекатившись и схватив пистолет.
Рядом врезались магические стрелы. Мой палец нажал спусковой крючок, и ночь разорвал громкий выстрел.
— Ааа, ты… Вот поганец! — прокряхтел Горский, упав на колени.
Он открыл рот и вытаращил глаза. Наверняка Павлу казалось, что это сон. Ведь простой слабый школьник не мог его завалить. Он — влиятельный дворянин, сильный во всех смыслах мужчина, скорбящий отец, который жаждет отмщения. Он готов порвать любого. Одолеть его тупо не выйдет даже у отряда спецназа, не говоря уж о…
Короче, Павел впал в ступор, трогая рану на животе, будто та была нереальной. Кровь медленно потекла под одеждой. Дыхание Горского сбилось. Он больше не мог лупить магией, да и мощными кулаками.
Видя это, я встал, чувствуя боль во всем теле. Несмотря на жалкое положение противника, крепко сжимал в руках ствол, решив сохранять дистанцию.
— Исчадие ада! Сучонок, тебя найдут, — выпалил Горский, после чего громко закашлялся.
— Да ну, правда что ли? — рассмеялся в ответ. — Меня не надо искать. Адрес они уже знают. Точней узнали недавно, когда пришли сжигать дом. Пусть заходят ещё. Только теперь сожгут их, — сказал, рассматривая раненного ублюдка.
— Что ты несешь, гаденыш? Ааа, черт, больно… Какой ещё нахрен дом? — простонал Горский, падая на четвереньки.
— Хм, большой. Красивый такой… В лесу. Отделанный правда не очень. Но вы решили это исправить. С помощью бутылки с бензином! Или что твои клоуны применили? — сказал, готовясь прострелить башку дятлу.
— Аха-ха, ай, твою мать. Шизанутый малолетка! Охо-хо, чтоб тебя… На кой черт моим парням твоя вонючая хата? Я должен мстить за сына! А не в игрушки играть. Дышать нечем… — смеясь промямлил противник, почти теряя сознание.
Либо это двойная игра, либо дом поджог ещё кто-то. Перед смертью нет смысла врать. Да и вообще, к чему эти бредни? Скорей всего Горский меня не палил. Но кто тогда это сделал?
Хитрый блондин, у которого все рассчитано? Он и так нанял киллершу, что может меня уничтожить. Поджог дома — удел психопатов. Таких как отец Дениса. Но если он не причастен, то получается есть другой враг. Или предатель в ближнем кругу.