Книги

Черта невозврата

22
18
20
22
24
26
28
30

Губский:

– Нет. Пока известно только одно. Он как в Москву переехал, сразу дом дорогой купил.

– Значит, засылайте гонца.

– Леонид Вячеславович, опасно засылать. Все говорят, что он не берёт. Вляпаемся.

– Серёжа, спасибо тебе. Развеселил меня перед дальней дорогой. Значит, говоришь, честный прокурор. Честный, но богатый.

– Выходит так.

– Запомни Серёжа одну простую истину, пока я жив: честный чиновник и богатый чиновник – это всегда два совершенно разных человека. Другого не дано. Причём первый – занесён в «Красную книгу», как вымирающий вид. Засылай гонца. Скорее всего его наши долбанные истцы на это дело подмазали. Значит надо дать больше. У вас всё?

Солнцев:

– Леонид Вячеславович, ещё раз. Может, охрану к вам усиленную приставить?

– К себе приставь, если ты дебил. Что ты ко мне пристал со своей охраной? Есть наводка?

– Нет. Но, что-то волнуюсь я.

– Волнуется он. Медведя пристрелить мне и Вовика достаточно.

Он поманил пальцем личного телохранителя, стоящего немного в стороне:

– Вова, ты из своей «пукалки» медведя завалить сможешь?

– Запросто, Леонид Вячеславович.

– Во! У человека нет сомнений. И мне это нравится. Я хочу, чтобы у всех тоже не было никаких сомнений, кто главный на бирже. Это бизнес и ничего больше. Безжалостный, кровавый и беспощадный. Но он такой по сути. Не я его придумал. И спрашивать вас за вашу работу я буду не по Трудовому Кодексу. Зарубите это себе на носу! И всем внушите. Особенно этим зажравшимся инсайдерам. Как? Я не хочу знать «как»! У меня всё.

И он в сопровождении Сурганова поспешил в самолёт.

Молодёжь в это время весело растекалась по блестящему миллионами баксов салону авиалайнера. Стюард и стюардесса без суеты помогали рассаживаться, наглядно демонстрируя достоинства каждого места.

Грегори, поднявшись на борт, огляделся и громко щёлкнул пальцем. После этого он что-то негромко сказал своей невесте.

Фима, входивший после американца вместе с Марием, спросил дружка: