Книги

Брат мачехи. Моё лето без морали

22
18
20
22
24
26
28
30

- Стас...

- Что, Рина?

- Ты...

- Послушай, раз мы с тобой всё решили, предлагаю снова начать называть меня на "вы" и дядей Стасом.

Удручённо сглатываю. Такое ощущения, что в рот песка насыпали. И горько от его слов и пить уже хочется до одури, но я держусь.

Продолжаю сидеть, обняв колени руками и тихо хныкать. Как он быстро отступился от своего предложения! Обиделся! Задела его доминантную сущность. Но, пусть так. Это даже лучше.

- Давай, успокаивайся. Постарайся выровнять дыхание. Чем реже вдохи, тем на дольше нас хватит. - Комментирует мои всхлипы спустя несколько минут. - Уже и так дышать тяжело. Думаю... А ладно...

- Что? Стас! Что правда воздух заканчивается? - подлетаю к нему и хватаю за обтянутое тонким свитером предплечье.

Какой он холодный! Замёрз! Мой бедный!

- Что ты думаешь? Скажи! Скажи, как ты на самом деле считаешь, мы... нас... мы… здесь… Блин, Стас, нас не успеют спасти, да?! На сколько хватит воздуха?

- Минут на двадцать, судя по ощущениям. И это максимум, Риночка. Не успеют, даже если начнут разбирать завал прямо сейчас. А я не слышу, чтобы кто-то что-то громил. А ты?

- Ста-ас!!! - начинаю выть и обхватываю его руками. Прижимаю щёку к груди любимого. Сердце тарабанит ударов за сто.

От нехватки воздуха! Точно! У него началась тахикардия от недостатка кислорода!

- Стас! Я не хочу так... Не хочу здесь умирать! Господи! Да как такое возможно в наше время???

- Жаль, да... - он притягивает меня к себе ещё крепче, и эта неожиданная нежность пробивает приличную брешь в моём намерении держаться и врать до конца.

- Стас! Я... я не потому что не люблю...

- Тише, Рина, давай помолчим. Не говори лишнего. - Он приваливает голову к стене и прикрывает глаза.

- Это не лиш-нее! Это... главное! С - самое важное, блин! - захлёбываюсь в слезах.

Голова уже трескается от частых всхлипов. Или это от нехватки кислорода?

- Стас! Бли-ин... Стас... Я хочу! Я очень хочу за тебя замуж! Потому что люблю! Потому что с ума по тебе схожу! - роняю лоб на его грудь и заливаюсь истерикой.