Книги

Ветер с Юга. Книга 1. Часть вторая

22
18
20
22
24
26
28
30

– Ты не видишь, лантар, что я изволю обедать? Пошел вон!

– Сожалею, мой господин, но сообщение весьма срочное!

Неслыханная настойчивость стража наконец возымела своё действие – Патарий недовольно поморщился, но разрешающе махнул рукой.

В дверь сразу же вошёл клантор в запылённом плаще. Он остановился перед столом и приложил руку к груди в приветствии:

– Приветствую Повелителя Нумерии! Срочное известие от доланита Турса Либурга!

– Это что ж такого спешного приключилось у моего доланита, что Повелителю нужно бросать свой обед?

Разведчик замялся, поглядывая на сидевших за столом детей. Патарий проследил за его взглядом и хохотнул:

– Верно, нечего мелюзге слушать наши секреты! Женщинам и детям приказываю убираться прочь! И вас, матушка, это тоже касается! – Патарий повысил голос, видя, что Мирцея даже не шелохнулась.

Та бросила на сына быстрый взгляд, но осталась сидеть на месте. Глядя на постепенно закипающего от злости Патария, Тостин Арвидол поднялся и, почтительно поклонившись, жёстко произнёс:

– Сейчас не время для выяснения отношений, мой Повелитель! Доланит не станет беспокоить по пустякам! Наверняка это что-то крайне важное! – И отвернувшись от юноши, приказал клантору: – Говори!

Суть доклада командующего армией сводилась к тому, что его разведчиками было схвачено несколько человек, которые вели на территории Митракии наблюдение за укреплениями и отдельными отрядами войска Нумерии. И один из них в ходе непринуждённой дружеской беседы поведал, что Юнарий уже собрал армию для похода на столицу и даже назначил дату её выступления. И произойдёт оно ровно через три недели.

За столом повисло гробовое молчание. С самого начала печальной истории с Эльмой Гинратус они предполагали, что лангракс Солонии захочет отомстить за её смерть. Но в глубине души каждый надеялся, что тот не решится развязать войну – к слишком тяжким последствиям для обеих сторон это могло привести. Первым заговорил министр тайного приказа. Он обвёл присутствующих строгим взглядом и сухо произнёс:

– Что ж, именно об этом я и предупреждал. И в очередной раз настаиваю – не нужно недооценивать Юнария. Он упрям, настойчив и сейчас горит праведным гневом…

– Да псу под хвост его гнев! Нет у него никаких прав на этот трон! Нету! И наглая выходка его чокнутой мамаши – это бунт против законного Повелителя! – Патарий взвизгнул, чуть не подпрыгнув на своём стуле. – И если он посмеет двинуть на Остенвил жалкую кучку своих рабов, он станет подлым изменником, достойным самой жестокой казни!

Тостин кивнул клантору и, когда за тем закрылась дверь, повернулся к юноше:

– Я могу понять ваше негодование, Повелитель, но если уж зашёл разговор, то по Закону у него прав никак не меньше, чем у вас. И вы прекрасно об этом знаете! Как ни верти, ваше пребывание на троне – случайность, и ничего больше!

Патарий так и замер с выпученными глазами. Его рот сначала захлопнулся, но через секунду снова открылся, выдав порцию безобразных воплей:

– Предатель! Подлая скотина! Да я тебя в порошок!.. Лантары!!

Видя, что другого пути нет, Арвидол внезапно рявкнул, перекрывая визг бьющегося в истерике Повелителя и возникший за столом шум:

– Всем заткнуться! Нумерия! О ней мы должны сейчас думать, а не искать врагов среди самых преданных людей! Все, кто сидят за этим столом, свой выбор сделали, назвав тебя своим Повелителем! И теперь от каждого из нас зависит будущее страны, и твоё будущее, Патарий! И мне очень жаль, если ты этого до сих пор не понял!