Слезы вдруг хлынули из моих глаз: я поняла, как отчаянно мне сейчас нужны родители.
— Мама! Папа! — выла я.
Эти слова эхом отдавались от стен и больно ранили мой слух.
На лице Уита вновь появилось это выражение беспокойства.
— Уисти…
— Ш-ш-ш, — прошипела я, продолжая плакать. — Мама… обо всем мне рассказывала, Уит. Как они с папой влюбились друг в друга — очень романтичная история. А папа поведал мне, какие у него были самые трудные моменты во время учебы в школе. И о том, как он гордится тобой, и мной, и… И он никогда не боялся сказать: «Я люблю тебя» — в отличие от других отцов. — Я хлюпнула носом, тяжело дыша. — Но почему же они не рассказали мне об этом?
Уит подошел поближе и обнял меня, несмотря на исходящее от меня свечение.
— А худшее, Уит, в том, что они, может, и рассказывали мне. А я просто не очень внимательно слушала.
И я зарыдала еще безутешнее. Слезы мои впитывались в спортивный костюм Уита, и он продолжал обнимать меня до тех пор, пока мы оба не заснули, а сияние мое при этом померкло — совсем померкло.
ГЛАВА 24
Ого!
Селия снова приходила ко мне ночью — точнее, в те первые напряженные часы, что я провел в новой тюрьме, Я точно не знал, сколько времени прошло. И уже ни в чем не был уверен.
— Привет, Уит, я скучала по тебе, — сказала Селия, точно так же, как и раньше, только теперь еще и подмигнула мне. — Я думала о тебе. О нашей истории. О тех счастливых днях. О первом свидании. На тебе была мятая рубашка для боулинга, которую ты так любишь. С надписью «Бродячий кот».
Конечно, я помнил.
«О Господи, о Господи, о, Селия. Что происходит? Я что, сошел с ума? Поэтому меня упрятали в психушку?»
— Селз, послушай, я должен задать тебе один вопрос. Почему тебя так долго не было? Пожалуйста, если не хочешь, чтобы я окончательно спятил, расскажи, что с тобой приключилось.
Как ни странно, особенно если предположить, что это сон, Селия протянула руку и прикоснулась ко мне. И я ощутил ее прикосновение. Оно меня успокоило. По крайней мере отчасти. На ощупь она осталась прежней Селией и выглядела как прежняя Селия… И улыбка у нее была такая же нежная.
— Я расскажу, что со мной случилось, Уит. Я так сильно этого хочу…
— Спасибо. — Я глубоко-глубоко вздохнул. — Спасибо.