— И что ты тянула до ночи, Айлот! — услышала раздражённый голос ключницы, вдавилась в стену: я не видела её с того мига как попала к прачкам, — я что за тобой ходить по всему замку должна, о чём ты днём думала раньше! Последний раз чтобы тянула до ночи. Пошли быстрее.
Из арки двери выскочила всклоченная служанка и не заметив меня ринулась к выходу. А следом вышла женщина, переваливаясь как гусыня, последовав вслед за Айлот. И когда они скрылись, я оторвалась от стены и прошмыгнула в кухню. И тут же меня окутал травяной пар. Повариха отошла от печи неся в руках чугунный ковш. Мальчишка-прислужник стоял в ожидании, когда женщина ловко перельёт взвар корневищ в деревянную плошку.
— Вот, неси, и это прихвати сразу, — пододвинула ещё один кувшин, покрывшийся испариной. Парень взял кувшин, неуверенно плошку.
— Давай я помогу, — тут же взялась я за поднос, приблизилась.
Повариха только бегло глянула на меня, но не стала мешать, вернулась к печи, берясь за деревянную лопатку, мешая готовившуюся на огне снедь, видимо уже на утро — у неё были свои хлопоты.
Поставив исходившую паром плошку на поднос, пошла за парнем, который от помощи и не отказался. Вместе вышли на погружённый в туманный сумрак двор, знакомой, освещённой пламенниками дорогой, прошли к замку.
— И часто с ним такое случается? — спросила я, догоняя парня.
— Почти всегда, — буркнул.
— Как тебя зовут? — заглянула в посерьёзневшее лицо.
Парень глянул на меня чуть приостанавливаясь.
— Хавир.
— А меня — Грез.
— Я знаю, — чуть смущённо улыбнулся.
Дальше было не до разговоров, когда оказались в холодном нутре замка. Поднялись на второй ярус, пройдя мимо той широкой каминной комнаты, в которой мне единожды довелось побывать, колыхнулись, будто костром раздуваемым ветром, утихшие воспоминания, почти обжигая. Но я не позволил им завладеть мной. Пока рассматривала каменные стены Урелтоновского замка, мальчишка остановился перед одной из дверей.
— Господин, не желает никого видеть, — обернулся он, виновато хмуря брови, намекая чтобы я оставалась снаружи.
— Я только поставлю всё и сразу уйду, — заверила я, приподнимая поднос, конечно же слукавила.
Парень задумался на миг, а потом решительно толкнул дверь и вошёл внутрь, пропуская в проход и меня. В просторных покоях стоял тяжёлый воздух, он почти сразу лёг на плечи и грудь, в подсвечниках горели всего несколько свечей, тлели угли в камине испуская ровный желтоватый свет выхватывая из полумрака балки широкой кровати и самого Амгерра, который лежал неподвижно пластом на постели.
— Сюда, — шепнул Хавир, перехватывая моё внимание.
Тихонько поставила поднос на столик.
— Почему к господину не позовут лекаря?