Книги

Три правила ангела

22
18
20
22
24
26
28
30

Хотя нет, не кот, тот как раз тоже куда-то пропал, спросила женщина, очутившаяся на его месте. Вернее, не совсем на его, на тумбочку она забираться не стала, рядом стояла. Правда, ростом она была чуть-чуть побольше зверюги, а Ленке гладко причёсанной макушкой едва ли до подбородка бы достала.

– Так не приглашали, – растерянно пробормотала Лена, рассматривая лилипутку не лилипутку, но Дюймовочку точно.

– Смотри ты, какие политесы и в наше-то время! – фыркнула женщина и шагнула вперёд. – Ну давайте знакомиться, меня зовут Элиза Анатольевна. Только не вспоминайте Бетховена, я вас умоляю! А вы, я так понимаю, Елена?

Ленка кивнула и аккуратно пожала протянутую ладонь, во все глаза таращась на старушку. Хотя какая там к чёртовой старушка, чего там Светланка буровила! Разве бабушки носят брюки, блузки с бантами у горла и туфли на каблуках, да ещё дома? И где вы видели старушек с маникюром и подведёнными глазами и напомаженными благородно-розовым губами? Да ещё перстень на пальце, как в кино про мушкетёров и серьги такие же. А пахло от неё непонятным, но явно очень дорогим. А ведь бабкам положено пахнуть щами, на худой конец пирогами.

– Да вы, я смотрю, никакая и не Елена, – вроде бы насмешливо прищурилась непонятная Элиза Анатольевна, – а самая настоящая Елена Прекрасная. Ну-ка, идите сюда, на свет.

Старушка, которая вовсе не старушка, вцепилась в запястье Ленки с совсем не дряхлой силой, потянула и вытащила, как морковку, куда-то, где света оказалось так много, что невольно пришлось зажмуриться.

– Ма-акс! Макс, иди сюда, немедленно! Нет, ты видел такое? Половчанка! Княжна! Ярославна и Анна в одном лице! И это в наших-то сугубо средних широтах, затоптанных монголами и прочими французами.

– Мама, перестань, – раздалось раздражённое откуда-то из-за сияющей пелены.

– Что «мама»? Скажи, я не права? Да у неё коса в твою руку.

– У неё нет косы.

– А если бы заплела косу, то она была толщиной с твою руку.

Ленка, наконец, проморгалась, и первым, что увидела, стал давешний кот, растянувшийся всей тушей на огромном кожаном диване – нормальных человеческих размеров в этой явно ненормальной квартире, кажется, не признавали. Кстати, диван тоже был ненормальный, почему-то с деревянной полочкой на спинке и зеркальцем над ней. А рядом с ним, с диваном, то есть, стоял мужик: очень сердитый, глядящий исподлобья и голый по пояс.

– Здрасти, – повторила Ленка, воровато отводя глаза.

Ну не пялиться же на всяких разных, неприлично!

– Ну-ну, – непонятно буркнул полуголый и отвернулся, продемонстрировал смуглую, худую и жилистую, как у грузчиков на рынке, спину. А ещё волосы, стянутые в совсем коротенький хвостик. Уж лучше бы постригся по нормальному, чем такой куцый таскать. Или он шевелюру отращивал, как байкер?

– Не обращайте на него внимания, – Элиза Анатольевна опять ухватила Лену за запястье, – он не выспался и потому злится на весь свет. Да ещё голодный, а, как известно, нет ничего хуже голодного мужчины. Но почему-то кашу, которую мне Махрутка варит, сын наотрез отказывается есть. Хорошая же каша, овсяная, на воде, без соли и сахара. Очень полезно для фигуры и печени. Ма-акс, хочешь каши? – крикнула «старушка» так неожиданно, что Ленка вздрогнула.

– Идите все к чёрту, – отозвалось приглушённо откуда-то издалека.

– Так, может, что-нибудь приготовить? – робко предложила Ленка.

– А у нас не из чего! – радостно сообщила Элиза Анатольевна. – Есть только кошачьи консервы и овсянка.

– А мне не плотют, чтоб я ещё и по магазинам бегала, – тоже издалека, но поближе, прогудела «борчиха».