Про кузнеца во всей этой каше он как-то подзабыл. Зато местные не забыли.
С другой стороны, если бы они хотели драки, то вряд ли оставили бы Хэна живым.
Да и какой смысл им развязывать бой?
Конечно, только что они потеряли своего стража — в которого свято верили, но который тем не менее беспробудно проспал полсотни лет. Но сейчас они рискуют потерять еще и своих лучших людей, которые на самом деле все эти годы и обеспечивали защиту лагеря. Если глава не глупец, он это понимает не хуже Эша.
— Опусти лук, оскверненный! — зычным голосом гаркнул бородатый охотник, которого Эш видел рядом со святилищем. — У нас твой человек!..
Его отряд замедлился, сохраняя дистанцию.
А Эш усмехнулся. Стигма обожгла ему спину, и тело юноши начало меняться.
— Лук-то я опущу, глава. Из уважения к вашей утрате, в которой я оказался нечаянно виноват, — сказал он, на всякий случай собирая ветер в пальцах. Черное крыло распахнулось у него за спиной. — Но если хоть волос упадет с головы моего человека, я превращу этот холм в кладбище, — заявил Эш, расправляя налитые силой бронзовые плечи.
И это была не просто угроза. В словах Эша звенела решимость.
И, видимо, глава тоже ее услышал.
Он вдруг сошел с коня, и забрав Хэна у своего воина, сам, в одиночку потащил его к Эшу.
Парень напрягся.
Это мог быть и честный ход, и какая-то ловушка.
Приблизившись к стигматику, глава подтянул веревку и толкнул пьяного великана к Эшу. На щеке Хэна виднелась ссадина, разбитые губы кровили — видимо, связать его оказалось не так уж просто. Брезгливо скривив губы, глава проговорил.
— Забирай, и проваливайте отсюда. И пусть любая дорога приведет тебя в Иркаллу!.. — с ненавистью прохрипел он.
— Только лошадей и припасы наши тоже верни? — хмыкнул Эш. — А то туда, куда ты нас послал, мы пешком-то не скоро доберемся.
Глава смерил Эша ненавидящим взглядом. Он был намного старше, больше и выше юноши, который сейчас диктовал ему условия. И, казалось, его просто выворачивало от необходимости идти ему на уступки.
— Если бы ты не спас дочь моего младшего брата… — прохрипел он, пытаясь хоть как-то оправдаться в собственных глазах.
— И что бы ты тогда сделал, охотник? — ответил Эш, с вызовом глядя ему в глаза. — Приказал своим людям обнажить мечи против стигматика?..
Шевельнув злыми желваками, глава отвернулся к своим людям.