— Так вот, как я уже сказал, корпус является произведением искусства, а как у любого произведения, у него должен быть свой мастер. Мы выяснили, кто изготовил этот шедевр. Им оказался мастер из ювелирного дома OUVRI славного города Парижа. И приобрел его некий русский гражданин по имени Борис Лукашин.
— А это как вы смогли выяснить? — уже сам не сдержавшись, спросил Ильин.
— На задней крышке, с внутренней стороны, выгравирован еле заметный номер, — ничуть не удивленный такому вопросу ответил Струнин. — Такие корпуса — штучный товар, этот номер защищает изделие от подделки и заодно присваивается определенному владельцу на случай кражи. Плюс к этому данный номер заносится в базу полиции, чтобы та легко могла найти человека, у которого была украдена эта вещица. — Он потыкал пальцем в телефон. — Одним словом, личный VIN-код. Вот по этому VIN-коду мои орлы и разыскали этого Бориса Лукашина.
— Леха, улавливаешь? — восторженно спросил Копылова Ильин.
— Розовый джип, золотой телефон… — подхватил Алексей.
— Простите, господа, вы о чем? — не понимая сути ликования, спросил Струнин.
— А, нет, ни о чем, прошу вас, продолжайте, — спохватился Ильин и покивал внимательно уставившемуся на него Олегу Олеговичу.
Тот недоуменно пожал плечами и продолжил:
— Да, приобрел телефон Борис Лукашин, но вот истинным владельцем была дама…
— Я же говорил, — взвился Копылов, — что джип он для своей матрешки купил, значит, и телефон тоже!
— Вы, может, прекратите меня перебивать? — резко осадил его порыв Струнин. — Если вам и без меня все известно, я могу уйти.
— Лех, в самом деле, заканчивай, — для вида пожурил Копылова Ильин. — Простите, Олег Олегович, молодой, горячий. Прошу вас, он больше не будет. Правда ведь, не будешь? — Андрей мимикой показал Алексею: «Скажи, что не будешь».
— Да, простите меня, — поняв, чего хочет начальник, виновато пробубнил Копылов. — Просто так все клеится хорошо, вот я и не сдержался.
— Прекрасно, — помягчел Струнин. — Итак, истинной владелицей этого телефона является дочь Бориса Лукашина Дарья Лукашина, гражданка США.
— А-а… — потянул Ильин, но сразу осекся, вспомнив, что Струнин грозился уйти, если его перебьют.
— Вы хотите спросить, откуда мы это знаем? — поинтересовался Олег Олегович у еще не закрывшего рот подполковника.
— Да, — коротко выдохнул тот.
— Из самого телефона, — усмехнулся Струнин, констатируя очевидный факт, — точнее сказать, по хвостам файлов, оставшихся в телефоне. Я не буду утомлять вас излишней терминологией, скажу одно, Дарья постоянно выходила с этого телефона в Интернет. Там она общалась онлайн, постила видео и фото. Мы разыскали ее в Сети, и вот какой факт: вся информация о ней начиная с августа кем-то планомерно удалялась. По всему видно, что работал профи. Сама же Дарья последний раз выходила с телефона в Интернет первого августа этого года. Дальше след обрывается. Мои ребятки еще трудятся над тем, чтобы найти концы, но пока все тщетно.
— И что, совсем-совсем никакой информации о ней? — спросил Ильин, разочарованно сцепив руки в замок.
— Ну почему же? Где родилась, где училась, это пожалуйста, а вот о ее интернет-жизни, увы, — не обнадеживающе развел руками Струнин.