Вскоре позвонил секретарь парткома Ли.
– Товарищ старший инспектор, с возвращением! Вы прекрасно потрудились. Американские гости только что прислали факс, в котором выражают свою благодарность особенно вам за ваш нелегкий труд. Они о вас очень высокого мнения.
– Спасибо за добрые слова.
Однако похвальный отзыв американцев может сыграть на руку тем, кто считает, будто он подпал под влияние западной буржуазной культуры.
– Пока отдыхайте, – посоветовал Ли. – Через пару дней мы обсудим, что вам делать.
Голос секретаря парткома звучал спокойно и неторопливо, но его слова лишь укрепляли подозрения Чэня.
– Хорошо, – сказал он, – но меня и так не было на работе несколько дней.
– Не перерабатывайте, молодой человек. Мы всерьез считаем, что вам необходимо отдохнуть.
– Отпуск мне не требуется, товарищ секретарь парткома. Я и так вдоволь насмотрелся достопримечательностей и спектаклей.
– Не волнуйтесь, товарищ старший инспектор Чэнь. На следующей неделе я обязательно вызову вас к себе.
Речь секретарь парткома, как всегда, обтекаема и уклончива. О деле он ни разу не упомянул. Оба прекрасно понимали: не стоит обсуждать его по телефону.
Он ничего не мог предпринять по делу Гуань; однако Чэнь ни на чем по-настоящему не мог сосредоточиться. На столе лежали документы, скопившиеся за время его отсутствия. Его всегда обременяла необходимость расписываться на партийных циркулярах после прочтения. В висках снова запульсировала кровь. Он выдвинул ящик и достал оттуда флакон с аспирином. Высыпал на ладонь две таблетки, проглотил, запил водой. Оглядел свой кабинетик. Почти все сотрудники ушли обедать. Заперев дверь, Чэнь достал кассету на которой был записан разговор Юя с Цзян. Он снова прослушал запись от начала до конца.
Если Цзян нашла порнографические снимки, значит, их мог найти и кто-то другой – например, Гуань. Цзян отнеслась к своей находке достаточно спокойно, в конце концов, она ведь художница-авангардистка. Интересно, а как на ее месте отреагировала бы Гуань? Ведь Гуань хотела заполучить У только для себя одной!
Что бы она предприняла в таком случае?
Посмотрев на часы, Чэнь спустился в столовую. Она закрывалась через полчаса. Купил себе маленькую порцию лапши и отбивную, тушенную в соевом соусе. Столовая была переполнена, однако ему без труда удалось найти отдельный столик. Сотрудники старались держаться от него подальше. Никто не хотел сесть с ним. Чэнь их не винил. Все дело в политике.
Однако позже, когда он уже заканчивал обедать, к нему подсел Малыш Чжоу с миской свинины в кисло-сладком соусе и риса.
– А вы немного едите, – заметил Малыш Чжоу.
– Успел наесться с американцами, – объяснил Чэнь.
– Ах эти банкеты! – Малыш Чжоу рассмеялся. – Что-то вы и выглядите сегодня неважно.
– Все в порядке, просто голова побаливает.