Книги

Рождение стрелка

22
18
20
22
24
26
28
30

Белая лихорадка, как здесь называлась эта болезнь была давно побеждена в его родном мире. И Фараху был известен рецепт лекарства. Одна проблема, вернуться в родной мир за нужными ингредиентами он не может, а в этом мире таких нет.

Фарах уже целое столетие скитался по этому миру, оказавшись здесь в результате неудачного магического эксперимента. Первое время он еще искал способы вернуться обратно. Особенно, когда на десятом году своего пребывания в этом мире подхватил белую лихорадку. Впрочем, последнее время Фарах совсем перестал думать об этом. Возможно, он слишком устал за столько лет борьбы с этим недугом, но, даже если и так, главная причина не в этом.

Главная причина сейчас ползала на четвереньках под столом, стирая с пола чернильное пятно. Не хотел Черный ее бросать, а забрать с собой не мог. Даже если бы нашел способ вернуться домой. В его родном мире человек считался низшим существом, пригодным для самой простой работы или в пищу. Хотя последнее считалось среди его народа дурным тоном.

Фарах являлся представителем расы вампиров. Но не таких, какими они известны в этом мире. Его народ давно победил жажду и ему не требовалась кровь для поддержания существования. Его не пугали солнечный свет, вода, чеснок и серебро. Он мог обращаться в туман и был быстрее и сильнее любого обычного человека. Впрочем, в этом мире, увешанный амулетами боец, мог быть не менее быстрым.

Маску Фарах носил не для того, чтобы скрыть торчащие наружу клыки, хотя таковые у него имелись, правда не настолько длинные, чтобы торчать наружу. Маска предназначалась для защиты от проклятий, самого опасного для представителя его народа вида магии. В его мире заклинателю нужно было знать имя того, кого он проклинает. Для защиты от этого ребенку давали два имени, основное и истинное. Истинное имя знали только сам ребенок и его родители. Открыть кому-то еще свое истинное имя считалось высшей степенью доверия. Часто даже супруги не знали истинных имен друг друга.

Но были проклятия и попроще. Для них требовалось знать проклинаемого в лицо. Для защиты от этого все представители его народа носили маски. Маску вручали в день совершеннолетия, а до этого момента лицо просто повязывали платком. Вместе с маской новому члену общества наносился шрам или татуировка на лицо. Этого было достаточно, чтобы проклятье не сработало, даже если заклинатель видел лицо ребенка раньше. Впрочем, это все давно превратилось в традиции, а не действительно нужный ритуал.

Никому Фарах не показывал своего лица, только Мара смогла заслужить его доверие. Девочка, вырванная им из когтей демона чуть больше десяти лет назад. Его первая ученица, добровольно взявшая на себя роль служанки. Она никогда не называла его по имени, для нее он всегда оставался Господином. Мара оказалась на удивление способной ученицей. Настолько способной, что, однажды, сможет превзойти своего учителя.

Вторым его учеником стал Нарцисс. Но опальный принц оказался совершенно бездарен, хоть и не лишен магических способностей. Обучив принца азам, Фарах поставил на нем крест, отправив того учиться самостоятельно. А два года назад мальчишка задумал вернуть себе трон и обратился за помощью к бывшему учителю. Тем более, что принцу было чем заплатить.

Камень, венчающий хрустальную корону Месхала. Дарующий королям способность читать мысли, он являлся мощнейшим усилителем магической энергии. Фарах не смог отказаться, никто бы на его месте не смог. Слишком большие возможности давал осколок детища Великого Мага тем, кто понимал, что это такое. А для него этот камень давал шанс на исцеление, не гарантировал, конечно, но упускать этот шанс Черный не собирался. Согласившись, Фарах устроил Нарциссу встречу с королем пустынных эльфов, положив начало подготовки к новой войне.

Сделав еще глоток, Фарах согнулся в приступе кашля. Кружка выпала из ослабевших рук и с грохотом упала на пол. Подбежавшая Мара положила руки ему на плечи и ее фигуру окутало золотистое сияние.

— Хватит, — слабым голосом сказал Фарах, но Мара продолжала стоять застывшей статуей. — Хватит, — повторил он, но уже громче. Сияние вокруг Мары погасло.

— Вам лучше, Господин? — Спросила она, тревожно вглядываясь в лицо Фараха.

— Все в порядке, спасибо, — успокоил ее Фарах — Налей еще отвару.

— Хорошо.

Мара подобрала кружку с пола и озабоченно осмотрела ее. Похоже, что идея поднести своему господину посуду, только что поднятую с пола, не слишком ей нравилась.

— Я сейчас, — произнесла она и убежала за дверь.

Фарах проводил ее взглядом и взмахом руки запер замок на двери. После чего устало вздохнул. Последнее время, приступы случались все чаще и чаще. Если бы не передача энергий, которую так хорошо освоила Мара, белая лихорадка уже давно забрала бы его жизнь. Камень был его последней надеждой на излечение. Если ничего не выйдет, ему придется уйти, бросив Мару одну.

Он знал, что, оставшись, не сможет остановить ее, когда приступы станут еще сильнее. Передача энергий слишком опасный ритуал, при которым один участник делится жизненными силами с другим. И грань, перейдя которую, делящийся просто надорвется и умрет слишком тонка. И чем больше надо отдать сил, тем она тоньше.

Ритуал может проводиться только добровольно. При этом делящийся должен всем сердцем желать передать часть своей жизни второму участнику. Так что силой высасывать из кого-то жизнь в духе злодея из сказок Фарах не мог. Как не мог и заставить.

— Господин, — раздалось за дверью. Махнув рукой, Фарах впустил Мару с чистой кружкой в руках. Налив туда отвару, Мара поднесла кружку своему господину. Сделав глоток, Фарах запустил в свой желудок очередную порцию невыносимо горькой жидкости.