Глава VIII
Когда Стеффи Прокоп вернулась домой, ее уже нетерпеливо поджидал Станислав Демба.
— Здравствуй, — сказала она. — Ты ждешь уже давно?
— С двенадцати часов.
— Я не виновата, что опоздала. Раньше, чем в двенадцать невозможно уйти из конторы, и потом еще десять минут уходит на то, чтобы смыть пятна с рук от чернильной ленты. Но теперь я свободна почти до трех часов.
Она торопливо сняла шляпу и кофточку, а также густую вуаль, которую всегда надевала, выходя на улицу. Затем подвязалась передником и сняла шляпу Дембы.
— Ну? Ты не снимешь пальто? —спросила она.
Демба все еще был в своей накидке.
Он покачал головою.
— Нет, мне холодно.
— Холодно? Да что ты! Сегодня можно открыть все окна настежь.
— Меня знобит, — сказал Демба. —Я болен. У меня, вероятно, жар.
— Бедный Стани! — сказала Стеффи тем сердобольно-жалобным тоном, которым утешают детей, когда они, играя , падают и делают себе больно. — Бедный Стани! Он болен, у него жар. Бедненький! — Потом она переменила тон и спросила: — Ты ведь пообедаешь с нами?
Демба покачал отрицательно головою.
Она открыла дверь в соседнюю комнату и крикнула:
— Мама, господин Демба будет с нами обедать.
— Нет! — закричал Демба порывисто и почти взволнованно. — Что тебе в голову взбрело?
— У нас клецки сегодня, — сказала поощрительно Стеффи Прокоп.
— Нет, спасибо. Я не могу.
— Ну, видно, ты в самом деле болен, теперь я тебе верю, Стани, —рассмеялась Стеффи. —Обычно у тебя всегда хороший аппетит. Погоди-ка, я сейчас посмотрю.