Я глупо моргнула. Вдох, выдох. Я не могу бросаться на преподавателя посреди магазина. Я не могу бросаться на мужчину, который занят, даже если я я хотела раздеть его прямо здесь. Да, пора признаться себе в том, что Кристиан Ротчестер был очень даже охренеть. Но это не давало мне права делать все, что я хочу.
— Изи! — раздавшийся голос Кэсс где-то очень близко, быстро отрезвил. Я почти отскочила от мужчины, приложив ладонь к груди.
— Хорошего вечера, мистер Ротчестер, — выдавила из себя я, надеясь, что голос звучал ровно.
Я свернула за угол раньше, чем Кэсс и Лиз обнаружили бы меня. В руке у каждой было по бутылке вина, что казалось с первого взгляда слишком много для глинтвейна. Отчего-то вспомнился Ротчестер с его… покупками, заставляя прикусить губу.
Нет, о нем нужно забыть.
— Где ты пропадала? — поинтересовалась Лиз, разглядывая мороженое в моих руках.
— Все в порядке?
— В полном, — соврала я. Снова. Сегодня моя ложь была в полном ударе. Срывалась с губ легче, чем препирательства с Ротчестером.
— Ты криво режешь! — воскликнула Кэсс, выглядывая из-за плеча Лизы и тыкая в разрезанные дольки апельсина на разделочной доске. Блондинка тут же закатила глаза, пихнув подругу в бок.
— Почему это криво? — Лиза отложила нож в сторону, рассматривая проделанную работу, прикусив губу, — По-моему все вполне ровно.
— Надо было кружочками, а не треугольниками!
— Какая разница? — девушка недоуменно вскинула брови, повернувшись к Кэсс. Для них это было в порядке вещей — постоянные препирательства и издевки друг над другом. Сейчас Кэсс скажет, что это эстетично. А Лиз заявит, что ей все равно, главное, чтобы получилось съедобно.
— Для эстетики нужно кольцами!
— Все равно все это испортится в кастрюле! — возмутилась Лиза. Ничего нового. Все абсолютно по-старому.
— И что? А удовольствие? — точно таким же удивленным тоном в ответ бросила Кэсс, сложив руки на груди. Я же наблюдала за этой картиной, пытаясь вытащить пробку из бутылки красного вина. Зимний холодный субботний вечер просто создан для того, чтобы собрать подруг, сварить глинтвейн и обсудить последние сплетни.
— Удовольствие я испытаю в тот момент, когда глинтвейн коснется моего языка!
— А эстетика?
— Да что ты прицепилась с этой эстетикой? Оглянись вокруг! У Изи вся квартира одна сплошная зимняя эстетика! Получай свое удовольствие в тройном объеме!
— Это другое! — воскликнула Кэсс, растеряв при этом, кажется, весь свой запал. Я же, справившись с пробкой, незаметно подлила в свой бокал. Что оказалось ошибкой, потому что обе мгновенно повернулись на звук льющегося в бокал вина.
— Изи! — одновременно воскликнули девочки. Что ж, теперь они хотя бы не ругаются.