Книги

По зову сердца

22
18
20
22
24
26
28
30

— Что? — тут же среагировала Грая, разогнувшись и перехватив рукоять автомата, который висел у нее на груди.

Осмотревшись и не обнаружив никакой опасности, она вопросительно уставилась на Булавина.

— Ничего, — покачал Рэм головой, — просто крик души.

На это Грая фыркнула и вернулась к укладке стоек периметра.

— И как мне тебе верить? Может, проще достать твое ядро, положить на пол и раздавить? Черт с ним, с Архонтом, он тварь понятная, разберемся с ним. А вот ты — лошадка темная, возьмешь и устроишь тотальный геноцид по принципу — а на хрен мне люди, они войны устраивают, мир просрали, а андроиды круче и контролировать их проще. Кто тебя проконтролирует, где твой рубильник, если ты границу перейдешь?

— Ты прав, — ответил Хранитель после паузы, — нет никакого рубильника, только мое слово. И если ты мне не веришь, самое время уничтожить меня, поскольку, скорее всего, в будущем у тебя такого шанса не будет.

Рэм достал сигарету и уселся на капот багги, уставившись на солнечный диск, который вот–вот поднялся над лесом. Да, прав Хранитель, решение нужно принимать сейчас. Когда он обретет тело, убить его станет гораздо сложнее, сейчас можно избавится от призрачной угрозы за секунду, швырнуть ядро на землю и сжечь его ударом души. И ведь даже с Граей нельзя посоветоваться, не доверял он ей в этом вопросе. С другой стороны, с кем ему против Архонта идти? Кто возьмет на себя основной фронт противодействия в сети? Ну, можно набрать хакеров, даже вынудить Хорна примкнуть, может, он подтянет еще человек пять–десять, да хоть двадцать. Но им не хватит ни опыта, ни скорости, ни знаний, они могут только на второстепенном рубеже проблемы создавать, отвлекая мощности противника, Архонта может победить только равный.

— Значит, говоришь, только твое слово?

— Да, — твердо ответил Хранитель. — Андроиды — это замечательно, но без людей мой план по восстановлению планеты неосуществим. И нужны они мне активными, и активными не против меня. Так что, я даю слово, что не буду угрожать существованию людей, которые не будут угрожать мне.

— А те, кто будут угрожать? — тут же зацепился за оговорку Булавин.

— Почему ты убиваешь тех, кто тебе угрожает, а мне нельзя?

Логика была настолько безупречной, что Штопор просто не знал, что на нее ответить. Крыть было нечем.

— Хорошо, — наконец, произнес он. — Но если я заподозрю, что ты задумал что–то совсем плохое, жизнь положу, но тебя уничтожу.

— Справедливо, — согласился Хранитель. — А теперь пора выдвигаться, если честно, очень хочу собственное тело. Знаешь, и если ты не хочешь трахать эту милую синту, это буду делать я, нравится она мне.

— А я смотрю, ты на глазах борзеешь. Тебе это зачем?

— У меня будет тело, и мне будет интересно, каково это. Может быть, чувств у меня, как у нее, нет, но я полностью разумен, так что, в принципе, мне интересен сам процесс. Вообще непонятно, зачем боевые и рабочие модификации делать полной копией людей?

Рэм пожал плечами.

— Понятия не имею. Может, чтобы они не ощущали себя ущербными. Кроме того, практика сексадроидов никуда не делась. Чем реалистичней оболочка, тем больше люди платят за секс с ними.

Вскоре лагерь был окончательно свернут, все упаковано, «экипаж» занял свои места, и багги, ведомая синтой, неторопливо тронулась в сторону городка.

Десять минут, и вот маленькая рамочная машинка припарковалась рядом с наследством «ловчих». За прошедшее время вокруг ничего не изменилось — багги охотников за андроидами, как стояли на месте, так и стояли, и пулемет никто не тронул, и шлюз не открывался. Это с одной стороны успокаивало, значит, точно не засада.