— Потому что человек с настоящей ксивой, это человек, которому все должны. А он никому. И вот приходит крендель. Намекает что из комитета, но корочки не открывает. Вывод?
— Самозванец!
— Я и говорю…
— Блестяще, Холмс!
— Ерунда, Ватсон.
— Ты знаешь, даже немного жаль. Я было поверил, что мы заинтересовали серьезную организацию.
Да уж. Я помню, что нам даже немного льстило, что целый КГБ за нами следит. Плюс свалившиеся, по нынешним временам, фантастические заработки. Было подспудное ощущение что мы кому то должны и кого то обманываем. Хотя, мы просто работали, и получали, согласно закону, даже меньше чем госпредприятия берут за эту работу. Ну и извечное русское ощущение, что хорошо быть не может. Обязательно случится кака. Поэтому когда в прошлой жизни к нам пришел этот козел, мы восприняли это даже с некоторым облегчением. Да и деньги он с нас брал в общем то небольшие.
Мы пришли в подвал, в мужскую раздевалку. В той секции, где мы с Серегой переодевались для работы, пустовало несколько металлических ящиков для одежды. В один из них Постников врезал замок. А сейчас вставил ключ, открыл дверцу. Вместо тряпок там лежали документы, на верхней полке — пачка денег и запасная печать. Бросил конверт с явкой.
— Вот тебе твой ключ, Андрей. Такого рода фигню нужно хранить здесь, мне кажется.
— Пожалуй.
Мы не торопясь пошли к выходу.
— Но в одном, Сергей, этот козлина прав. Ты как есть — мажор.
— Ничего что я водилой тружусь?
— С его точки зрения ты маскируешься. Не говоря, о том, что реально могут мелко поднасрать.
— Даже сейчас?
— Не, сейчас он вряд ли полезет. Но кто сказал, что он такой один? Поговори с папашкой, предупреди. Мне кажется, ему нужно знать, хотя бы чем ты занимаешься, чтоб не стало неожиданностью.
Простившись с Серегой возле завода, я дошел до метро и поехал на Арбат.
Глава 13
Леня, арбатский монополист хохломского трэша, обычно заседает в ресторане «Старая Арба». Там я его и нашел.
В отдельном кабинете, куда меня запустил официант после условного стука, стоял стол, плотно уложенный пачками денег. Леня считал выручку. Непонятно дневную, месячную, или еще какую. Увидев меня, Леня обрадовался: