— Не, ну вы видели?! Резкая какая! Чуть голову мне не откусила, — возмущался я.
Немного придя в себя и успокоив сердцебиение, я принялся латать прореху в потолке тоннеля, а когда закончил, хорошо укрепил грунт вокруг этого места. Отряхивая друг о друга ладони, я смотрел туда, где была нора, и наслаждался чувством удовлетворения, от хорошо сделанной работы. Но не долго.
— Господин, господин, там ещё одна тварь нору прорыла.
Я чуть ли не взвыл от такой подлости со стороны тварей, и проклиная всех, пошёл штопать подземелье. Так прошла вся ночь, мы с кротами играли в ненавистную для меня игру, они делали проходы, а я их штопал, предварительно прибив тварь. Попросил у подошедшего Оркуса, двух арбалетчиков из особого отряда. У них были большие арбалеты и стрелы с калитом. Оркус повозмущался о бессмысленных растратах, но дал требуемое. Ведь калит сгорает при соприкосновении с магическим покровом, не весь, зависит от мощности покрова, например, при убийстве крота, наконечник стрелы немного обгорит, а когда стрелой с баллисты попали богомолу в голову, калит ярко вспыхнул и весь выгорел. По всем ближайшим отноркам были расставлены люди, которые сообщали о прорыве кротов. Заделав очередную дыру, я прилег отдохнуть на принесенную для меня циновку, в ожидании сообщения об очередном прорыве, и не заметил, как уснул.
Снился мне эротический сон, голая Кира предлагала мне заняться "этим", я для приличия немного поломался, а потом согласился. И вот, она подходит, приближает ко мне своё лицо, а я уже приоткрыл рот для взрослого поцелуя, но вдруг вместо поцелуя, она лизнула меня в щеку. Я, смеясь, говорю ей: "Ты чего делаешь, дурная?" — а она не ответив, снова лизнула моё лицо, и продолжала это делать, несмотря на мои попытки отстранить её, а я весело смеялся и говорил ей: "Ну хватит, хватит! Ах-ха-ха-ха!". Это продолжалось до тех пор, пока я не кончил. Открыв глаза я вздрогнул, увидев перед собой огромную кошачью морду, а в следующий миг кошка лизнула моё лицо. Отодвигая от себя её голову, и сплевывая кошачью слюну, я испуганно замер, ощутив влагу в штанах… "Эт чё, меня теперь можно считать зоофилом?" — ошеломлённо произнес я. Со злостью взглянув на кошку, я осуждающе покачал головой, и пошёл разбираться с бардаком, который здесь твориться. Отыскав свою охрану и вчерашних помощников, я убедился, что все они дрыхнут без задних ног. Будить не стал, вчера все вымотались, а раз не слышно, как кого-нибудь жрут, значит первые сутки гона отстояли, и в подземелье всё нормально. Немного смущает находящаяся в подземелье кошка, это значит, что и слуги Чистого, находятся здесь. С этим надо было разобраться, и я пошёл дальше, искать кого-нибудь из начальства.
Подходя к входу в тоннель, который вел в крепость, я увидел умилительную картину, все спали вповалку, ящеры с кошками, люди прислонившись к кошкам, наши бойцы и светители чистоты. Какой-то паладин, положил во сне руку на Оркуса, а Рик закинул свою ногу на светителя чистоты.
— Какая милота! — тихо произнес я, и вытер несуществующею слезинку.
Их тоже будить не стал, кто знает, когда нам удастся поспать в следующий раз. Убедился, что тоннель ведущий в крепость надежно перекрыт, и с громко урчащим животом, отправился в дальний отнорок к жителям баронства, покушать, а за одно узнать, как они пережили первые сутки гона. По дороге меня встретил патруль, я объяснил им ситуацию, они проводили меня до лагеря, а сами начали собирать отряд, который отнесёт покушать охране подземелья, а за одно и постережёт их сон. Меня же в лагере встретили наши женщины, заобнимали, затискали и завалили вопросами. Но я сказал, что пока меня не покормят, буду нем как рыба. А утолив голод, начал сам расспрашивать их, о прошедших сутках. В общем всё оказалось не так уж и плохо, как я думал. Из жителей в лагере, переродилось несколько десятков человек, их старались убивать самые высокоранговые люди, оставшиеся в лагере, а их было не очень и много. В основном это были ученики Лики, старик артефактор и начинающие воины. Старик недолго выдержал и помер, но умер он не сразу, поэтому у людей было время, чтобы привести к нему двенадцатилетнего мага, которого старик инициировал своей росой. Я понимал, что другого выхода не было, роса старика, хоть и низкорангового, но мага, да ещё и перенасыщенного, доставшись другому, обязательно бы вызвала перерождение в тварь, убийством которой, проблему не решить. Ну а потом в подземелье спустились наши, бабушка с матерью, мамы-магини, куча юных магов, и хоть они тоже поглотили на стене много росы, но рассредоточились вокруг лагеря и на тех участках, куда чаще сверху прилетало облако росы, перехватили весь её поток на себя. В отнорок для неинициированных, ни одного облачка росы так и не долетело, к огромной радости воинов, которые там были, хоть и для спасения души, но никому не хотелось убивать детей и беременных женщин. Потом я вкратце начал рассказывать, что происходило сверху, но прервал рассказ, когда увидел делегацию, состоящую из наших командиров и служителей Чистого. Сейчас будет сложный разговор, подумал я!
Глава 5
— Нам пришел приказ от высших магистров ордена, найти в баронстве Барабер поселение еретиков, и уничтожить его полностью, со всеми жителями. Как было указанно в приказе, в этом поселении, проводят массовые жертвоприношения, для чего было совершено нападение на город Барабер, с целью похищения жителей города.
— Да-а, прогнило что-то в Датском королевстве, вернее у вас в ордене, — покачал я головой. Зачем тварям жертву приносить, какой в этом смысл? — не понял я.
— Кормить стрига живыми людьми, чтобы получить стригоя или высшего стрига. А после продать или инициировать тварью мага. Если кормить дешевыми рабами, выходит достаточно выгодно, ну а если ещё и рабы достались бесплатно…
— Ну нехера ж себе бизнес схема! — удивился я, — и многие этим занимаются?
— Многие, — кивнул паладин, — мы часто с таким сталкиваемся, а потом сжигаем заживо всех причастных, на очистительном костре. Но чаще всего исполнителей, а хозяева остаются инкогнито.
— Жестоко, но справедливо. И как видишь, это не наш случай.
— Да мы уже поняли. Я не один век живу в этом мире, и повидал немало поселений еретиков, там живут совсем другие люди, и отношения у них к ближнему своему, совсем другое. Наш приезд сюда, это очередные интриги высших магистров. Как же они меня задолбали, — он устало провел ладонью по лицу, — Лео, не буду ходить вокруг да около. Мы потеряли много своих людей, сейчас уезжать от вас, смерти подобно. Неизвестно ещё, что творится в империи, и как она пережила этот гон. Он начался намного раньше положенного срока, и сильных тварей было намного больше, чем обычно. До сих пор не понимаю, как нам удалось выжить, обычно если во время гона, к баронскому городу выходит один инсект, и его удается завалить, это великое чудо. Мало того, что у него бронированное тело, которое не пробьет калит, так у него ещё сильнейший магический покров и иммунитет к ментальной магии. А по словам ваших воинов, через реку прошли десятки инсектов.
— Ну если попасть в глаз, то можно убить, что мы и сделали.
— Конечно, если попадёшь в глаз с первой попытки, ну или с третьей, больше трех наконечников из калита баронство себе позволить не может, и то, это если оно достаточно богато.
— А ты про это, — отмахнулся я рукой, — калитом нас обеспечил кто-то из ваших высших магистров. Так что мы могли себе позволить пристреляться.
— Так вот, в ордене нас скорее всего сочли погибшими, как и вас. И мы больше не хотим туда возвращаться, как ты правильно сказал, там что-то прогнило, при чем не что-то, а всё. Высшие магистры решают свои проблемы за счет ордена, они ушли от заветов Чистого, и используют орден для личного обогащения. По поводу подземелья под баронской башней, я не знаю, кто из высших магистров может быть причастен к этому, но не потому, что я не могу кого-нибудь из них заподозрить в этом, дело в том, что я подозреваю каждого из них. Поэтому, Лео, — он встал, выпрямился, и начал официальным тоном, — я мастер паладин Крив, прошу вас, барон Леонид Сидэро, разрешить основать в вашем городе отделение Ордена Чистоты.