– В аквапарк? А где это… и дорого?
– Нет, долларов пятьдесят. Соглашайся, проведем с тобой крутой день, нас отвезут и привезут. Ты, наверное, в шоке, что взрослая тетка упрашивает тебя поехать с ней в аквапарк, но в Сеуле я становлюсь маленькой капризной девочкой, – рассмеялась Ирина.
Ее простота, умение располагать к себе, казаться «своей в доску» подкупили Аллу, и она ответила:
– Круто, поехали!
– Вот и отлично! Обещаю, что не пожалеешь.
И не успела Алла одеться, как к отелю подъехал знакомый черный джип, будто изначально Ирина была собрана и выехала сразу по звонку или проезжала мимо и, получив сигнал, зарулила к новой знакомой.
– Привет! – сказала Алла и улыбнулась при виде Ирины.
– Привет! – растянула улыбку та. – Спасибо, что составишь мне компанию, я прямо не нарадуюсь, что наконец-то еду в аквапарк. Набрала штук десять купальников, а надеть их некуда: во Владике у нас, сама знаешь, пляжный сезон короткий, живем у моря, а моря и не видим. Хорошо хоть Азия под боком, спасают их курорты с аквапарками. А купальники люблю, увижу красивую модель и не могу пройти мимо. Про нижнее белье вообще молчу: это мой фетиш, – хихикнула она, нисколечко не стесняясь водителя. Кореец все равно ничего не понимал и даже не пытался вникнуть в разговор. Старика сегодня не было.
Они ехали в Сувон, в пригород Сеула, где располагался центр корпорации Samsung, а по соседству с аквапарком Caribbean Bay находился сеульский Диснейленд Everland – детище самой корпорации. Алла смотрела из окна авто с довольной улыбкой и, переведя взгляд на Ирину, ловила себя на мысли, что вчера их свела счастливая случайность, и не встреть она эту женщину, не вкусила бы жизнь Сеула сполна. Ограниченная в деньгах, одна слонялась бы по улицам Гангнама и не знала бы, куда поехать и что посмотреть.
Ирина, кажется, тоже была рада новому знакомству. Улыбка не сходила с ее лица, а вопросы о личной жизни сыпались градом. Есть ли парень? Расстались? А почему? Где работаешь? На жизнь-то хватает? Сама же ничего о себе не говорила, а Алла не решалась напрямую обо всем спросить. Зато на вопросы Ирины отвечала правдиво, хоть и кратко. Мол, с парнем расстались, не сошлись характерами; работала в банке, поняла, что это не ее, уволилась, сейчас временно без работы. И никаких слезных откровений, никаких «куриных» историй не столько из-за недоверия, нежелания раскрываться перед посторонним человеком и опасения, что информация может быть использована против нее, сколько из-за стыда, страха подпортить о себе впечатление и остаться неудачницей в глазах этой успешной женщины.
Ирина слушала внимательно и, получив ответы на свои вопросы, отреагировала странно. Выражение ее лица не изменилось. Алле даже показалось, что улыбка стала шире. Может быть, она хотела своим видом ободрить, ведь следом поддержала словом: мол, не вешай нос, работу ты найдешь.
В аквапарке они провели целый день, обошли все водные аттракционы, вдоволь наболтались, наплескались и уже вечером довольные сели в черный джип.
– Я обратила внимание, корейцы очень скромные. В аквапарке многие парни в шортах и в футболках, поверх купальников девушки надевают туники, и ни одна кореянка не ходит с сиськами навыкат, не сверкает задницей, как у нас. На некоторых посмотришь – на пляже, считай, голые, – поделилась впечатлением Алла.
– Скромные?! – в глазах Ирины вспыхнул похотливый огонек. – Ты просто плохо знаешь корейцев…
***
Алла провела в Сеуле фантастическую неделю. Что ни день, Ирина таскала ее по бутикам. Даже если ничего не покупала, а просто шла поглазеть, вызванивала Аллу, чтобы та сходила за компанию, дала оценку со стороны и помогла советом. При таком активном «графике» дни летели стремительно. Приближалась дата отъезда.
Напоследок Алла хотела сходить в элитный ночной клуб, излюбленный Ириной, но, критически оценив публику «Октагона», расположенного с торца ее отеля, быстро распрощалась с этой идеей.
– Ты что? Гангнам не Гангнам без своих клубов! Хоть будет что вспомнить, когда вернемся во Владик, – уговаривала землячка.
Алла мучительно боролась с желанием пойти и ссылалась на банальное «мне нечего надеть». В ее словах не было ни грамма лукавства, ведь ни одно из ее платьев и в самом деле не годилось для похода в это место.
И тогда-то прозвенел «звоночек».